Shultz

У меня тоже были знакомые, кто на первом пограничном корабле проекта 1135 совершали переход из Севастополя в Находку. Это ПСКР "Менжинский". Разведка у НАТО хорошо работала и работает. Ребята рассказывали, что пока шли Индийским океаном, постоянно над ними барражировали натовские самолеты, в открытую их фотографировали.

Но ведь раньше у вас, в Кувшинке, столько было "альбатросов". Они же легко добирались до Севера речным путем (по Волге). Их в Зеленодольске больше не делают?

Вадим, согласен с тобой. При скорости 12 узлов далеко не уйдешь. А "альбатросы" со своей скоростью более 30 узлов очень мобильны.

В военкомате у меня все было нормально. Но страх перед стоматолагами у меня появился после посещения одного военного врача. Я тогда во флотском лазарете был. Иду как-то по коридору, никому не мешаю. Навстречу мне военврач в чине майора. Спрашивает: "Ты у меня был?" "Нет", говорю, - "не был". "Тогда пойдем". Он, видимо, уже всех залечил, кого мог. Осомтрел мои зубы, нашел тот, который меня вообще не беспокоил, и начал его лечить. Сверлил так, что я в кресле еле удержался, давил со всей силы. Посе его лечения я потом мучился от боли весь день. Потом, завидев его издали, я всегда старался куда-нибудь быстрее скрыться.

А мне и моим друзьям-дембелям, наоборот, с авиацией не повезло. Нас в Симферополе, откуда мы улетали, повязали ребята с морской авиации. Чуть ли не раздеться заставили.

С женщинами-медиками на службе мне редко приходилось сталкиваться. В основном меня лечили мужчины. Первичную помощь и консультации получал от нашего корабельного медика мичмана Фисака. Мы его вообще всерьез редко воспринимали. Но если уж приспичит, то куда деваться? Один раз что-то у меня образовалось на том месте, на котором сижу. Я к нему, к нашему эскулапу. Он мне стал повязки с мазью Вишневского прикладывать, а мне еще хуже. В то же время продолжаю в наряды ходить, стоять у трапа по 8 часов в сутки. В общем, сразу после наряда еле-еле доковылял до его каюты, сказал, что больше не могу. Он тогда меня отвез во флотский лазарет к знаменитому на всю округу хирургу Ивану Ивановичу. Фамилию, к сожалению, не помню. Кто служил в Балаклаве и лежал во флотском лазарете, должны его помнить. Во всяком случае, все, у кого был аппендицит, прошли через его руки. Тот как раз обедал, борщ ел. И тут я со своим интересным местом. Иван Иваныч тут же, не поднимаясь из-за стола, велел мне показать, что там у меня. Я еще тогда подумал, что вот сидит человек, обедает, а тут я со своей … Тот сразу поставил диагноз – киста. Пожурил немного нашего мичмана и велел готовить меня к операции. Спасибо ему, хоть он и не пограничный медик, а флотский. Разве это важно? Я его до сих пор вспоминаю. Когда он обходы по утрам делал, шутил так, что мы не сразу понимали, где шутка, а где правда. И меня он тоже озадачил перед выпиской, сказав, чтобы я через месяц на повторную операцию приходил. Я долго потом думал, как мне быть, а потом вообще думать забыл о своей болячке.

Это точно. Наш зеленый кантик на погонах и ленточка с надписью "морчасти погранвойск" были для них как красная тряпка для быка. Когда мы были во флотской учебке, нас тоже часто спрашивали наши флотские одногодки насчет срока службы, полагая, что мы будем служить два года, а не три.

По-моему патруль всегда до пограничников докапывался, что до сухопутных, что до морских. Нас поэтому в увольнение отпускали крайне редко. Как-то случилось так, что одному нашему сослуживцу пришлось самому добираться из Севастополя до Балаклавы. Первый же флотский патруль его остановил, кучу замечаний записали насчет формы одежды.

Еще забыл упомянуть о наших извращениях с альбомами. Чтобы карандаш с кальки не стирался, мы опрыскивали кальку лаком для волос. Помню, что тогда в нашем военторге лак для волос был в дефиците.

Это действительно было бы очень интересно. Перед дембелем я не поленился и усердно срисовывал карикатуры на кальку, а потом это все разукрашивал, прямо как на уроке рисования. Действительно интересно взглянуть на то, какие сейчас делают альбомы современные дембеля. Кстати, об альбомах. Рядом с работой есть военный магазин, где продают уже готовые дембельские альбомы. Т.е. вообще рисовать ничего не надо. Нужно только фотки вклеивать. Там, например, специально выделена страничка для фото с присяги и т.д. Надеюсь, что скоро мне родители привезут мой альбом. Я тогда мог бы кое-что представить.

Кстати о салатах. Вчера в очередной серии "Солдат" повар Вакутагин сказал золотые слова: "Если в салате больше шести компонентов, то это уже комбикорм." Думаю, при изготовлении салатов надо действительно руководствоваться этим принципом.

И я тоже присоединяюсь к поздравлениям в адрес ЦСКА. Поздравляю, в первую очередь, тех, благодаря кому, это стало возможным, т.е. игроков и Валерия Газзаева, и, конечно, болельщиков. Я сам болею за ЦСКА только когда они в еврокубках играют.Этот год стал для команды самым удачным за всю историю клуба - победа в Кубке УЕФА, затем Кубок России, теперь первое место в чемпионате. Да еще и дублеры первое место заняли. Не каждой команде так везет.

Что тут делиться? Эта тема уже подробно обсуждалась вот здесь http://forum.pogranichnik.ru/index.php?sho...=1588&hl=шашлык

В свое время даже представить себе было трудно, что за такое короткое время наш пограничный флот придет в упадок. Большинство кораблей были новые, "с иголочки", и наш в том числе. За время моей службы в нашей бригаде появилась одна новая "молния" и два "антареса". А сейчас, наверно, новые корабли в МЧПВ - это редкость. Вид лежащего на боку 205-го меня тоже удручил бы. Мне же вспоминается совершенно иной эпизод. Это было в начале 90-х. Я тогда в Ульяновске был. Как-то проходя по набережной, увидел на Волге знакомый силуэт пограничного "альбатроса". Его, правда, закамуфлировали, но я сразу признал эти очертания. Видимо, шел он с Зеленодольска и встал на якорь, чтобы моряки смогли пополнить запасы продовольствия. Долго не мог потом с набережной уйти. Все смотрел на тот корабль.

Вспоминаю г. Горький, ныне Нижний Новгород. 1990 год. Сенная площадь. Знаменитый на всю округу винный магазин. Дают портвейн "Арпачай", называемый в народе "арапский чай", по цене менее 2 руб. за бутылку. Народу - море. Стоим в этой очереди и мы, студенты. И вдруг из толпы счастливчиков, которые уже отоварились, отделяется знакомая фигура. Это наш декан. Мы стыдливо отворачиваемся, а он прошел мимо нас и хитро нам подмигнул.

Среди моих сослуживцев есть те, кто связал потом свою жизнь с работой в милиции. Например, Юрик Власов из Томска. Говорят, дослужился до капитана. Его, а также всех остальных и вообще всю нашу милицию поздравляю от всей души!

А вот в Латвии, например, срочники год служат. У меня просто в голове не укладывается, чему за год можно научиться так, чтобы потом свой опыт передать молодым. Вспоминаю себя - более менее что-то стало получаться лишь к концу первого года.

А ПСКР "Преданный" до сих пор в вашей бригаде? Он у нас, в Балаклаве, т.е. на Черном море, ходовые испытания проходил. А вообще я помню, что старшины нас в учебке пугали Кувшинской Салмой, хотя сами там, естественно, не были никогда. Конечно, на Севере труднее. Сам это знаю, т.к. отработал в северных краях семь лет. Полярная ночь, холод - все это, конечно, не радует. Но мне все равно было тяжело с Севером расставаться.

В наше время, когды мы служили, берет был неотъемлемой частью рабочей формы. А пилотки были только у подводников. Да и вообще много чего изменилось с тех пор за неполные 20 лет. Я только недавно узнал, что во Флоте и, следовательно, в морчастях служат два года, а не три, как раньше. И что последние трехгодичники уволились в запас осенью 92 года. Также неожиданностью для меня, и не только для меня, стала новая окраска пограничных кораблей: синие борта - белые надстройки. Теперь почти у каждого моряка срочной службы есть сотовый телефон, что мы в свое время даже представить себе не могли, потому что их тогда вообще не было. А чтобы срочно позвонить домой нужно было идти с кем-то из офицеров или мичманов на почту. Это когда корабль в базе стоял. Да и видеомагнитофонов, не говоря уже о DVD плейерах, тоже не было. Был кинопроектор и бобины с фильмами, типа "Ленин в октябре" или "Человек с ружьем". Но нам и так неплохо было

Хочу тоже поблагодарить наших корабельных коков. Помню, что первого звали Аликом. Фамилию забыл уже. Готовил он хорошо. Мы, духи, пришедшие с учебки, сразу это оценили. Но он скоро уволился, и вместо него стал гоовить Петя Григорьев с Молдавии, пришедший из Керченской школы поваров. Ему на первых порах сильно доствалось ото всех, кроме нас, духов. Но, слава Богу, голодными не оставались. Бывало, что еще кто-нибудь из экипажа вызывался готовить, правда, недолго. И, надо сказать, готовили даже лучше Пети (да не обидится он на меня за эти слова). Один раз дежурным коком был наш рулевой. Он нам борщ сготовил на обед, но сильно его переперчил. А в этот день как раз пришел к нам начпо и решил у нас отобедать. После обеда зашел к нам в столовую и спрашивает, как нам суп. Мы говорим, что нормально. Тогда начпо спрашивает: "Вы что, грузины? Либите острое?" Но мы как могли успокаивали рулевого. С кем не бывает? Он потом исправился, готовил хорошо. Но кличка Борщ осталась за ним до самого дембеля.

Интересный рассказ. Как представлю этих тварей - мурашки по коже. За время службы мне редко приходилось с ними сталкиваться. На кораблях, которые часто ходят в море, они не живут. На "горбатых" проекта 205 их вообще не было, насколько я знаю, т.к. там вибрация сильная. У нас, на нашем "альбатросе", крысы заводились только когда корабль вставал на ремонт. Перебегали с берега или с других кораблей. Поэтому на швартовые концы ставили специальные заграждения, чтобы крысы не могли на борт проникнуть. Но одна все же как-то проникла, и мы, помню, гонялись за ней по всему кораблю. Быстрый зверь, однако.Когда наш камбуз был в ремонте, кок готовил еду на соседнем флотском эсминце, который последние два года находился в ремонте. Вот там какой только живности не было. Когда ночью приходили к ним, чтобы бачок с водой для чая поставить на плиту, и включали свет, эти все твари разбегались врассыпную. Пишу эти строки, и сразу вспомнился запах, который стоял на камбузе того эсминца - не совсем приятный, мягко говоря. Зато наш родной камбуз вспоминаю с удовольствием. Прошу прощения, что уже не в тему. Просто нашли воспоминания.