Shultz

Интересно, а как сейчас в войсках с этим делом? Наверно, легче стало. Черно-белые снимки, скорее всего, уже не делают. Увеличитель не нужен. Мыльницей можно много всего нащелкать. А дембельские альбомы можно купить прямо в магазинах военторга.

Мамнун, дуст-э-ман. Ман ек сол дар Иран буд. Забон-э-фарси мидунам хейли кам.Да фарси немного знаю, т.к. в Иране работал почти полтора года. Раньше даже немного писать умел, а теперь только самые общие слова помню. А дари - это ведь фарси-э-кабули, т.е. кабульский фарси, поэтому и знаю.

Хорошие рассказы, и стихи тоже. Хейли хуб аст. Трогают за душу.

Вот, оказывается, как тесен мир! Я Димку не видел очень давно. Только иногда кое-какие новости проскальзывают. Не знал, что он в Калининграде решил обосноваться. Вроде, хотел на родине, в Ульяновске. Если будет с ним встреча, привет ему от Сереги Панкова. Я еще слышал, что он был в командировке в Чечне несколько месяцев. Находился в Ханкале. Слава Богу, командировка прошла нормально.

Вот именно. И нам поэтому приходилось искать самые потаенные шхеры, где можно было спрятать не только фотик, но и увеличтель тоже. Помню, что печатали фотки в вентиляторной в рубке ГАС. Иногда целыми ночами, чтобы потом можно было отдать увеличитель в другую БЧ. А ведь еще нужно было эти фото высушить. В общем, проблем было много.И нам тоже разрешалось иметь фотоаппараты, и они тоже должны были храниться у старпома. Но это было так неудобно, поэтому прдпочитали их шхерить, чтобы можно было всегда их взять и попользоваться.

Был конец 85 г. Осень. По-моему, ноябрь. Помню, что дембелей на борту уже не было. С нами еще наше бригадное начальство было. Сейчас уже и не помню, остались ли у меня снимки из Новороссийска, т.к. альбом у родителей. Но главное, что осталась хорошая память об этом городе.

Да, проблемы с фотографированием были серьезные. Мы на троих купили в самом начале службы простейшую "Смену". Ну а что можно "Сменой" наснимать? Потом у нас ее все равно старпом конфисковал. А фотоувеличитель был один на всю бригаду. Потом купили свой, но его кэп нашел во время большой приборки. Мы тогда у Фороса стояли. И выкинул его в море безжалостно. Пришлось все равно затем новый покупать. Трудно, наверно, нас понять тем, кто сейчас служит. Фотоувеличители не нужны. Отдаешь пленку в проявку и заказываешь фото для печати. А с цифрой вообще проблем нет.Один парень с нашего корабля чуть было не залетел со съемкой секретных объектов. Он фотографировал вход в судоремонтный завод для подлодок, который располагался в горах Балаклавской бухты. Исключительно для альбома. Подводники это дело заметили и настучали нашим особистам. Те стали проводить расследование. Хорошо, что тот парень вовремя дембельнулся, т.к. особисты его вычисли уже после дембеля.

Помню, когда мы готовили свои демдельские альбомы, то были проблемы с фотографиями. Т.е. хороших фотографий, достойных для этого дела, было недостаточно. Вот и приходилось брать друг у друга пленки и вклеивать в альбомы то, что даже никогда и не видел, например, некоторые корабли. Так у меня, служившего на Черном море, есть фотка японской шхуны, которая была задержана, естественно, на Тихом океане. Но мы пошли еще дальше. Один наш умелец переснял фотки кораблей и самолетов стран НАТО из журнала "Советское военное обозрение". А я, последовав примеру приятелей, тоже вклеил эти фотки себе в альбом.Вернувшись домой, конечно же, показывал свой альбом друзьям, и, конечно же, у них были вопросы, неужели я сам видел авианосец "Нимиц". Отвечал честно, что не видел, зато мой приятель, якобы видел и сам это все заснял, а я решил просто украсить свой альбом.Теперь, изредка заглядывая в него, понимаю, что лучше бы я вместо этих фоток натовской техники наклеил фото своих сослуживцев, крымской природы, себя родного, наконец. Но всему свое время.

Это французская компания. Она называется по имени немецкого геофизика Конрада Шлюмберже (Schlumberger), который со своим братом Марселем изобрел технологию электрического каротажа (геофизических исследований)нефтяных скважин.

Насколько я знаю, автор этого рассказа работал в "Шлюмберже". Это такая западная сервисная компания, которая специализируется на нефтегазовой промышленности.

Понял, что в мой огород камушек. Но ведь эта страничка, "Ералаш", - для юмора. Думаю, что не стоит воспринимать это так серьезно, хотя мнение насчет умных еврейских инженеров полностью разделяю.

Предлагаю вашему вниманию историю о нынешних туркменских пограничниках. Авторство не мое. Читал ее давно, а в И-нете отыскал недавно на сайте //www.megapolis.org/archive/8-20020310-1.html."Куда только ни заносила судьба меня, простого израильского инженера! На сей раз она меня занесла в Туркменистан, где наша фирма спроектировала завод, и я там осуществляю авторский надзор за строительством. На туркменских дорогах кое-где установлены контрольные пункты. Выглядит это так: дорога перегорожена шлагбаумом, возле шоссе стоит будка, а в ней сидит пограничник. Каждый иностранный гражданин, проезжающий мимо такого пункта, должен остановиться и сдать пограничнику свои документы. Он записывает данные в специальный журнал, открывает шлагбаум - и езжай себе дальше. И вот однажды проезжаю я мимо такой вот будки. Со мной в машине трое моих коллег-израильтян. Все трое - средних лет мужики с ничем не примечательной среднеевропейской внешностью. Я, как единственный русскоговорящий в этой компании, беру четыре паспорта и иду к будке. В будке сидит молодой туркмен. Берет он у меня паспорта и открывает первый из них. Первым оказался мой паспорт. Он записывает мою фамилию, имя, гражданство, доходит до графы "национальность" (на хрена она им, спрашивается?) и говорит: - Насыаналнаст хто? Я пожал плечами. - Еврей, - говорю. Он это записал и открыл второй паспорт. Дойдя до национальности, он опять задал тот же вопрос: - Насыаналнаст хто? Вот, думаю, деревянный! Ну кем по национальности может быть гражданин Израиля? И, даже не пытаясь подавить в себе нарастающее раздражение, заявляю: - Негр, мля! И тут же мои глаза самым натуральным образом лезут на лоб. Потому как я вижу, что это чудо природы ничтоже сумняшеся записывает в журнал: "негр". И открывает третий паспорт. Ну, думаю, если он и сейчас спросит "Насыаналнаст хто?", отвечу ему что-нибудь типа "Конь в пальто!" Посмотрим, что он тогда запишет... Он сидит и пишет, а я с нетерпением жду вопроса. И он-таки задал вопрос. Но какой! Как говорит Задорнов, сделайте глубокий вдох, сейчас начнется. Дойдя до графы "национальность", он посмотрел на меня и вопросил: - ЕВРЕЙ ИЛИ НЕГР? Все. Полный урюк. Кони в бубликах. Мое раздражение мгновенно прошло и сменилось острым желанием порезвиться. - Ни то, ни другое, - говорю. - Он по национальности дрыл. На лице у погранца отразилось некоторое подобие работы мысли. Нет, он не понял, что его разыгрывают. Он просто решил расширить свой кругозор. - Дрыл? - спросил он. - А что это, а? - Это, - говорю, - у нас в Израиле такое национальное меньшинство есть. Дрылы. Они все шибко умные, в основном начальниками работают. У нас в какую фирму ни зайдешь, начальники - одни дрылы! Мафия, понимаешь! - Э-э, мафия. Понимаю, - заявил погранец и открыл четвертый паспорт. Тут я уже не стал ждать никаких вопросов. Я взял инициативу в свои руки. - А этот, - говорю, - по национальности гнява. Это тоже нацменьшинство. Их во всем мире не больше тысячи осталось. Вымирающая нация. Охраняются государством. - Э-э-э, слушай, а посмотреть на него можно, а? - попросил погранец. - Смотри, - милостиво согласился я. - Вот он, на переднем сиденье сидит! Солдатик вышел из будки и подошел к машине. Посмотрел, понимающе поцокал языком и сочувственно покачал головой. Ну еще бы! Не каждому в жизни выпадает такое счастье - своими глазами лицезреть настоящего, живого гняву! Их, гняв бедных, так мало осталось... А теперь вообразите себе, что в результате всего этого безобразия в совершенно официальном документе под названием "Книга регистрации иностранных граждан" появилась следующая, поистине хватающая за душу, запись: Алекс Бродский. Гражданство - Израиль, национальность - еврей. Хаим Фишман. Гражданство - Израиль, национальность - негр. Моше Рубинштейн. Гражданство - Израиль, национальность - дрыл. Шломо Гольдшмидт. Гражданство - Израиль, национальность - гнява. И под этой безумной бредятиной красуется подпись: Начальник смены старший сержант Дурдыев. Так и хочется приписать: национальность - пограничник."

Дорогие коллеги!Для повышения профессиональных навыков в части совершенствования актуальной фонетики предлагаю пройти курс повышения квалификации по теме «Некоторые аспекты ложных мнемонических семантико-фонологических ассоциаций в контексте узуса квазитабуализированной лексики в русском языке» и комплекс практических тестов по упомянутой темеТест Первый:Ложечка ты моя желобовыгибистая с переподвыподвертомТест ВторойЕду я по выбою,С выбоя не выеду.Тест ТретийВ яме - холм с кулями.Выйду на холм, куль поправлю.(Материал тестов использовать в режиме скороговорок при предварительной закачке в лингвобиосистему активных веществ с коммуникативно-релевантным содержанием алкалоида этилового спирта или аналогов).

Меня так прозвал один мой сослуживец. Юморной парень. Почему он так меня прозвал, уже не помню, но эта кличка как-то сразу прижилась, и я не обижался, когда меня так звали сослуживцы. Выбрал себе этот ник в память о службе. А тот веселый паренек, который мне ее дал, сейчас милиционер. Говорят, до майора дослужился. Он многим клички давал, причем такие, которые как-то сразу приживались.С уважением,Сергей

Штурманский, похоже, что мы здесь одни с тобой в разделе МЧПВ. А где же все остальные? Конечно, нас как всегда мало, хотя мы и в тельняшках, но не настолко мало...

Нет, якорь точить не приходилось. А вот за шпац-ключом посылали. Кто служил на кораблях, знают, что это такое, т.е. что его вообще в природе не существует. Ведь шпация - это расстояние между шпангоутами, т.е. поперечными ребрами корпуса корабля. Обычно молодых за этими ключами посылали в БЧ-5, и некоторые возвращались с большими гаечными ключами на 80, после чего, конечно, в кубрике долго стоял страшный хохот.Макароны тоже не продувал. Но кроме этого было полно других приколов. Будет время, напишу о них подробнее. Вот хотя бы один из них. Моего одногодка по молодости старые спрашивают, сколько весит дверь. Тот не знает. Спросил у одного, у другого. Никто не знает. А узнать можно было просто. Вес двери указан внизу на шильдике, т.е. на такой табличке металлической - 42 кг.

И я тоже об этом не знал! Хотя, нет, вру. Узнал об этом за год до призыва, т.к. туда забрали моего соседа. Ну и я следом за ним.Но я точно не знал, что гады - это не только нехорошие люди, но еще и ботинки, а караси - не только рыба, но и носки или моряки срочной службы по первому году, недавно пришедшие на корабль.Не знал, и даже не представлял, что картошку можно сварить, засунув в бачок с водой и с картошкой шланг, который идет от парового котла, а еще ее можно пожарить на паре утюгов.Не знал, что самым вкусным деликатесом может быть ломоть белого хлеба, если его обмокнуть в чане с растительным маслом, а потом сверху сахаром посыпать, а еще лучше им пропитать.Не знал, что можно курить чай, когда уже нечего курить и на корабле ни крошки табаку нет, тем более что я сам не курю.Не знал, что киса - это металлический ящик для хранения противогазов, а еще в нем можно стирать робы.Не знал, что такое склянки, и что их надо отбивать по нескольку раз в день согласно Корабельному уставу.Да я еще многого не знал бы, если бы не попал в МЧПВ!

Да, конечно, у нас, в России очень много красивых мест. Мне, например, очень нравится Сергиев Посад. Я туда часто наведывался, когда мой институтский товарищ там служил в Троице-Сергиевой Лавре. Сейчас он настоятель монастыря в Верхотурье. Вот туда я тоже съездил бы с удовольствием. В таких местах, как Лавра, ощущается какое-то необычное спокойствие, особенно если там туристов в это время мало.Мне также очень понравилось в Абхазии. Был там в прошлом году. Такой красивой природы нигде раньше не встречал. Правда, кругом видны следы войны. А зияющие пустотой окна многоэтажек наводят уныние. Хочется надеяться, что там все-таки жизнь наладится.И очень хотелось бы побывать в местах своей боевой славы – в Севастополе и Балаклаве. Все-таки провел там три года своей жизни.

За время службы у нас никто этим не занимался, насколько я знаю. А вот флотские ребята, да простят меня моряки ВМФ, всякие штуки употребляли. Помню, когда лежал в лазарете у подводников, туда привезли одного парнишку с тральщика. Вообще никакой был. Выпил таблеток 40 от кашля. Раньше такие были обычные таблетки по 2 копейки. Когда его доктор спросил, зачем он этот сделал, тот ответил, что у него был кашель, и один из его сослуживцев посоветовал ему выпить как можно больше этих "колес". В общем, ему тут же промывание желудка сделали.В том же лазарете встретил еще одного моряка флотского, любителя "колес". Тот постоянно у медсестер торчал, помогал им, чтобы таблетки заполучить. Причем разбирался, от каких таблеток какой кайф можно получить.Как-то у одного подводника был день рождения. Как истинный армянин он не мог не проставиться и купил, как водится, одеколону. Я для приличия чуть-чуть попробовал – не лезет. А ребятишки быстренько его оприходовали. Кого потом вырвало, кто стал дальше догоняться. А мой сосед по палате, парень с торпедолова со сломанной ногой, так и сказал, что догнаться хочет – нет сил. Причем был готов на простынях со сломанной ногой спуститься с третьего этажа (дело было вечером – через приемный покой не пройти было). Еле его отговорил. И тут, на нашу беду, повстречался нам тот любитель "колес", который угостил нас какими-то таблетками. Название не помню. Я не стал рисковать, а мой сосед целую горсть сразу проглотил. Наши койки рядом стояли. Утром просыпаюсь – его лицо не узнать. Распухло все, вместо глаз щелочки. И хреново ему, чувствую. Позвал медсестру, та доктора. Не помню, какая была у моего соседа отмазка на этот счет. В общем, он потом пару дней под капельницей пролежал. Выжил, слава Богу.

С воровством во время службы сталкиваться приходилось. По приходе на корабль старослужащие забирали у кого бушлат, у кого ботинки парадные и, конечно, тельняшки. Это сейчас их продают в каждом магазине военторга, а тогда их нигде, кроме военных складов, достать было нельзя. Правда, наши теплые тельники с начесом (самое ценное по тем временам) забрал на хранение наш старшина команды. Спасибо ему.Чаще всего воровали сгущенку и тушенку, поэтому эти продукты были почти недоступны. Обычно, после того как баталер с несколькими матросами затоваривался на продскладе, на трапе их встречали годки с полторашниками, и на пути от трапа до склада провизии некоторые ценные продукты сразу исчезали. Были и случаи воровства друг у друга. Но, слава Богу, из всех, с кем мне приходилось на корабле служить, воровал только один. Будучи полторашником, он натырил тельников у годков, за что они его потом чморили до тех пор, пока не дембельнулись. Потом он у своего же одногодка украл приличную сумму денег. При этом на вид был добродушным и веселым человеком. И даже когда его, в конце концов, перевели в роту обслуживания, он умудрялся, заходя к нам на корабль, воровать тельники и пр. Знаю об этом, потому что сам от него пострадал и лишился одной майки.Да еще как-то у меня альбом дембельский, правда, без фотографий, увели. Кто – так и не узнал. Но я потом быстренько новый купил и оформил.А вообще, как говорится, в большой семье ртом не щелкай, или во флотской интерпретации – попал на флот – ( @ )312лом не щелкай. Хотя в целом люди, с которыми служил, нормальные были.

Интересно было почитать о Балаклаве, где я прослужил 2, 5 года, и о Херсонесе, где я тоже был. Оказывается. я многого не знал. Вид генуэской крепости остался надолго в моей памяти. Кстати, по всему Крыму можно встретить несколько мест, где есть то, что от таких крепостей осталось. Еще помню, что на выходе из бухты слева есть маленький домик, где жила Леся Украинка. Также хочу внести поправку - базы атомных подлодок в Балаклаве, и вообще на Черном море никогда не было. Там только дизельные лодки были и есть. И еще знаменитые "Варшавянки", которые больше, чем обычные дизелюхи, но более маневренные и бесшумные, а также могут стрелять ракетами с ядерными боеголовками.А вот "Черный принц" не помню. Может, он и был в мое время, но нас в увольнение совсем не пускали. Когда были праздники - у нас в это время была усиленная охрана ГГ, а когда праздников не было - на ЧФ проходили учения.А вообще есть сильное желание снова оказаться в этих местах.

Трудно делать прогонозы, особенно для такого матча. Одно можно сказать - этот матч будет для ЦСКА очень трудным.

Может, кто знает моего одноклассника Дмитрия Янситова? Он окончил ваше училище в 1986 г. Затем был направлен на одну из застав на китайской границе где-то в Читинской области.

Вот, нашел одну статью о Севастополе и Балаклаве. Правда, она датирована 2000-м годом. http://archiv.slovo.odessa.ua/377/6_1.html Надеюсь, что с тех пор ситуация там улучшилась. Кстати, в той статье фигурирует капитан 1-го ранга Владимир Иванович Кириченко. Я его помню. Он у нас, на "Измаиле" был старпомом, а потом ушел в штаб флагманским специалистом БЧ3. Хороший человек! Помню, его любимая песня была - "Где эти туманы с родной стороны..."

Я тоже мечтал попасть в ПВ, даже в пограничное училище в свое время хотел поступить. И попал в погранвойска, но только не на сухопутную границу, а на морскую, отслужив на год больше. Но нисколько об этом не жалею, хотя, послужив срочную, понял, что военная служба не для меня, и мечты о поступлении в военное училище так и остались мечтами. Зато теперь у меня два праздника в году – 28 мая и день ВМФ. И я часто вспоминаю годы своей службы, даже сны снятся, что я снова служу. А когда пришел со службы домой, то первое время действительно не по себе было. Хотелось на море. Даже документы подал в мореходку, но передумал потом. И когда я вижу на 28 мая или на день ВМФ ликующие лица погранцов и моряков, я их понимаю. Если кто и напивается не в меру, их тоже можно понять. У нас, в Вооруженных силах, много всяких родов войск. Официально отмечается и День ракетных войск и артиллерии, и День танкиста, и День Воздушного Флота. Но вы никогда не увидите, чтобы в эти дни ракетчики или танкисты одевали старую форму или фуражки или еще что-нибудь, и широко отмечали свои праздники. Такие праздники, объединяющие всех, есть только у погранцов, моряков и десантников. Видимо, только в этих войсках прививаются какое-то чувство гордости за свою службу, за свою форму. Да и сама служба там – особенная, не такая, как во всех остальных родах войск. Да простят меня те, кто там, в других войсках, служил, ибо это мое личное мнение.