Беланов А.П.

...Сегодня со сранья был Баб эль Мандебский пролив ("Ворота слез" в переводе с арабского).... Боже упаси! Я наоборот - ему везу презренный металл (добрая душа Виктора Саныча снова на День Пограничника не выдержала и размякла - он презентовал очередную гайку со своей длани)... И по факту у нас будет натуральный "ченч"!...

Авиационно-космическая система «Спираль» Еще с 1962 года ОКБ-155 Артема Микояна в инициативном порядке проводило исследования комбинированных воздушно-космических систем. По мнению «микояновцев», замена баллистической ракеты на самолет-носитель обеспечивала широкую возможность выбора координат точки запуска, исключая привязку к сложному и дорогому наземному стартовому комплексу. Кроме этого отпадала необходимость в создании «зон отчуждения» и выбора траектории выведения. Все это позволяло значительно расширить возможности военного использования космических систем и выглядело адекватным ответом на программу «Дайна-Сор». 17 октября 1964 года, через сутки после свержения Никиты Хрущева, была создана комиссия по расследованию деятельности ОКБ-52. 19 октября Владимиру Челомею позвонил главком ВВС Константин Вершинин и сообщил, что, подчиняясь приказу, вынужден передать все материалы по космопланам в ОКБ Микояна. После передачи проектов Павла Цыбина по «ПКА» из ОКБ-1 Сергея Королева и по ракетопланам серии «Р» из ОКБ-52 Владимира Челомея в бюро Артема Микояна началась разработка аэрокосмической темы под условным наименованием «Спираль». Официально создание воздушно-космической системы «Спираль» («Тема 50», позднее — «105–205») было инициировано приказом Министерства авиационной промышленности от 30 июля 1965 года. Число «50» в названии теми символизировало приближающуюся 50-ю годовщину Великого Октября, когда должны были состояться первые дозвуковые испытания прототипа. В конце 1965 года вышло постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР о создании Воздушно-орбитальной системы (ВОС) — экспериментального комплекса пилотируемого орбитального самолета «Спираль». В соответствиями с требованиями заказчика конструкторам поручалось создать ВКС, состоящую из гиперзвукового самолета-разгонщика (ГСР) и орбитального самолета (ОС) с макетным ускорителем. Старт системы — горизонтальный, с использованием разгонной тележки. После набора скорости и высоты с помощью двигателей ГСР происходило отделение орбитального самолета и набор скорости с помощью ракетных двигателей двухступенчатого ускорителя. Боевой пилотируемый одноместный ОС многократного применения планировалось использовать в вариантах разведчика, перехватчика или ударного самолета с ракетой класса «орбитаЗемля», а также для инспекции космических объектов. ашttp://www.buran.ru/htm/aviaspi2.htm Кокосовые острова "Чумикана". 1982—1983 гг Кто из нас в детстве не мечтал о пальмах, океанах и кокосовых островах? Для "Чумикана" эти острова стали совершеннейшей реальностью. Стали пиком его славы, самой захватывающей страницей его истории. Семидесятые годы прошлого века характерны тем, что и советская и американская космонавтика активно искали новые варианты продвижения в космос. По мнению авторов, Советскому Союзу удалось не втянуть себя в гонку космических технологий по завоеванию человеком Луны, мы передали эту роль автоматам. Это, несомненно, определило развитие нашей космонавтики слегка в ином направлении. Тем не менее, многие общие идеи продумывались и реализовывались как в США, так и в СССР. Одна из таких идей — создание многоразового космического корабля. Как тогда, так и сейчас, спустя десятилетия, такую конструкторскую задачу все мировые учёные рассматривают, как высшее проявление технологических способностей государства. Первые разработки многоразовых технологий в нашей стране относятся к концу 1960-х гг. Именно тогда начались работы по созданию беспилотного орбитального ракетоплана (БОР). Конечно, в 1960-1970 гг. это были очень секретные работы и на ТОГЭ-5 вряд ли кто знал о проекте. Это сейчас стало ясно, что БОР был прототипом орбитального самолёта (ОС) "Спираль", нашим ответом на американский космический аппарат Х-20 "Dyna Soar" — то ли разведчик, то ли перехватчик, то ли бомбардировщик. Инженеры, как нашей страны, так и США делали первые неровные и неуверенные шаги в поиске дальнейшего развития космонавтики и, как всегда в истории человечества, военная составляющая играла здесь первую роль. Задача номер один — создать транспорт, а чем его потом загрузить — дело второе. Авторам хотелось бы предостеречь читателей от смешивания двух различных советских проектов: "БОР" и "Буран". Конечно, космические отрасли развиваются комплексно, иногда сложно сказать, кто первый предложил ту или иную идею, кто первый реализовал её. Но, тем не менее, существует чёткое разделение этих ракетно-космических систем, как по её предприятиям-разработчикам, так и по конечному назначению. "Буран" был более дорогой системой, наверное, считался более привилегированным в каких-то внутренних раскладах генералов, генеральных конструкторов и генеральных секретарей. Многие заделы в других лабораториях активно использовались в этом аппарате. Именно так и встал вопрос, когда для "Бурана" потребовалось не просто создать теплоизолирующую оболочку, но и испытать её в реальном полёте. Оболочка не простая: каждый отсек корабля испытывал разную тепловую нагрузку, а носовая часть и кромки крыльев должны иметь наиболее жаростойкую конструкцию из особого композиционного материала. Одним из этапов испытаний системы стали испытания в космосе на летающих орбитальных моделях БОР-4, которые должны были подтвердить работоспособность элементов теплозащиты в условиях реального полета по траектории, близкой к траектории "Бурана". БОР и "Буран" во многом похожи, особенно обводы носовой части и подфюзеляжная часть. БОР-4 представлял собой беспилотный экспериментальный аппарат, являющийся уменьшенной копией орбитального самолета "Спираль" в масштабе 1:2. Корпус имел длину 3,859 м, размах крыла 2,8 м (в промежуточном положении раскладки консолей), стартовую массу около 1 450 кг, массу 1 074 кг на орбите и 795 кг после возвращения. Аппарат был оснащен комплексом измерительной аппаратуры и системой управления с использованием реактивных двигателей и отклоняемых консолей крыла. Под шифром "Космос-1374" стал планироваться пуск. Аппарат выводился на околоземную орбиту ракетой К-65М-РБ5 (вариант легкой двухступенчатой ракеты "Космос-ЗМ") с полигона Капустин Яр и должен выполнить один виток на высоте около 225 км. События 3 июля 1982 г. были, пожалуй, одними из первых космических столкновений наших вероятных противников и Советского Союза. До этого многое было не так: пуски ракет были секретными, но плановыми, о которых знали все, кроме наших граждан. Сейчас же в Индийском океане сосредоточилось очень многое: политика государств по разоружению, провозглашённая и реальная деятельность, перспектива быть обойдённым в космосе и возможность получить "сюрприз от вероятного противника" — забытый нынче термин, за которым мы прятали Соединённые Штаты. Концентрация военно-морских и авиационных сил была очень масштабной. С нашей стороны участвовало несколько кораблей и судов различных ведомств: "Космонавт Виктор Пацаев" и "Космонавт Георгий Добровольский", СКР и, конечно, КИК "Чумикан". Задача КИК — приём и передача телеметрических параметров на полигон запуска и последующее участие в поисково-спасательной операции. Основную нагрузку по поисковым действиям несли корабли 3-й бригады поисково-спасательных кораблей Черноморского флота с вертолетами Ка-25 на борту: ПСК "Апшерон", "Донбасс", "Ямал". Поисково-спасательными действиями кораблей руководил командир этой бригады капитан 1 ранга Юрий Гомон. Всего с нашей стороны было задействовано семь кораблей в радиусе нескольких сотен миль. "Контролирующую" функцию осуществляли самолёты Австралии и виде патрульных самолётов Р-ЗС "Орион" с авиабазы Вильямс Королевских ВВС (Royal Australian Air Force (RAAF) Base Williams) в составе сменных экипажей и палубные вертолёты. "Космос-1374" приводнился в 560 км от архипелага Кокосовые острова: спланировал в огненной плазме до высоты 4 км, выпустил парашют и лег на волны. В верхней части БОР-4 после приводнения надувался конический баллон-пеленг с мигающим фонарем. Он увеличивал плавучесть аппарата и выводил наружу антенны поисковой системы. Конус навигационного маяка на спине аппарата начал радировать в эфир о своем местоположении. Но промах с расчетным местом приводнения составил почти 200 км! Начались спешные поиски нашего аппарата, причём, как советскими моряками, так и австралийскими. В этот раз слава обошла свои вниманием "Чумикан" — не он подошёл первым, не он отключил систему самоликвидации БОРа. На втором этапе он только лишь прикрывал эту операцию. Всё у него ещё впереди. Но и эта задача не из лёгких. Многие отмечали, что очень реальной была возможность похищения аппарата вероятным противником. Аппарат поднял без единого повреждения ПСК "Ямал" (командир ПСК капитан 2 ранга Виктор Чупаков). Безупречно действовали все экипажи кораблей, которые запеленговали идущий на посадку макет, вычислили по плазменному следу траекторию и место приводнения и в течение не более одного часа с момента приводнения подняли его на борт. Это был успех. Прошёл почти год. Видимо, экипаж "Чумикана" "отдыхал" между 1982 и 1983 г., обеспечил пару операций "Салюта-7" и спокойно стоял в базе и в заводе СРЗ-49 б. Сельдевой. "Малыши" — корабли пр. 1128 — "пахали", а он, имеющий опыт работы с БОРом, ждал особой команды. 16 марта 1983 г. КИК "Чумикан" был повторно использован для обеспечения запуска БОР-4. Снова районом приводнения был выбран Индийский океан — архипелаг Кокосовые Острова. БОР-4 шёл под именем "Космос-1445". В обеспечении этого полета помогали НИС "Космонавт Владислав Волков", "Космонавт Павел Беляев" и всё те же три спасательных судна Черноморского флота. Для обеспечения военной безопасности был придан СКР Тихоокеанского флота. Наученные прошлым опытом корабли были более рассредоточены. Операция была рассчитана на длительное время и в район был направлен танкер вспомогательного флота ТОФ для осуществления дозаправки кораблей. С австралийской стороны участвовали тоже несколько кораблей и самолётов. В частности, наибольшую активность проявил корабль HMAS "Moresby" и самолёты разведчики "Орион". Но на этот раз КИК "Чумикан" выполнил двойную задачу: кроме проведения положенных измерений и передачи информации, он ближе всех оказался к месту посадки. На борту был размещён штаб поиска. После обнаружения аппарата с борта "Чумикана" произвёл взлёт вертолёт, которому предстояло охранять приводнившийся БОР от любопытных гостей до прихода ПСК "Ямал". Да, именно так: поднять плавающий предмет вне территориальных вод имеет право любое судно. Вертолёт завис над точкой падения и, как не пытался его спугнуть "Орион", никуда не ушёл. Именно тогда КИК "Чумикан" засветился в иностранной прессе. Были сделаны многочисленные снимки корабля, БОРа и всей операции. Первые фото сверхсекретного корабля появились в открытой печати, а, стало быть, открыто признано противостояние двух держав на более техническом уровне, более тонком и детальном. Шум в военных кругах по поводу БОРа был громкий. Никто из противников нашей страны не мог предположить уровень такого развития космонавтики, но и не знали, что же ждать дальше. Вот как этот полёт прокомментировал американский журнал "Сайнтифик америкен": "Еще одним добавлением к советскому комплексу космических средств является небольшой космический самолет многоразового использования. Советские официальные лица еще не признали тот факт, что у СССР есть такой самолет". Это был вызов. ашttp://niskgd.ru/mix/p16/index.htm Корабли слежения "Космонавт Пацаев", "Космонавт Добровольский" и "Петропавловск" заранее выдвинулись из бухты Петропавловска-Камчатского в район ожидаемого приводнения аппарата к берегам Австралии. Туда же пришли военные корабли Черноморского флота СССР. Присутствие флотилии из семи советских военных кораблей, рассредоточенных в радиусе нескольких сотен километров, привлекло самое пристальное внимание военно-морского флота Австралии. Разведывательно-патрульные самолеты Р-3С "Орион", базировавшиеся на авиабазе Вильямс Королевских ВВС Австралии (Royal Australian Air Force (RAAF) Base Williams), кружили над нашими кораблями непрерывно день и ночь, сменяя друг друга. Наступило 3 июня 1982 года. "Космос-1374", он же "БОР-4", спланировав в огненной плазме до высоты 4 км, выпустил парашют и плавно лег на волны. Конус навигационного маяка на спине аппарата радировал в эфир о своем местоположении, доставив неприятный сюрприз поисковикам - промах с расчетным местом приводнения составил почти 200 км! К "БОРу-4" устремились все поисковые корабли, как наши, так и австралийские. После суточного перехода первым к месту приводнения подошел наш поисковый корабль, с которого был спущен катер с гражданскими специалистами, основной задачей которых было ввести в бортовую систему плавающего аппарата специальный секретный код, блокирующий систему самоликвидации. До введения этого кода система самоликвидации препятствовала любым попыткам поднятия или транспортировки - аппарат, по сути, представлял собой свободно плавающую морскую мину. И только после обезвреживания к "БОРу" подошел наш поисковый корабль и под пристальным наблюдением австралийских ВМС поднял его на свою палубу. Четыре других советских военных корабля "прикрывали" эту операцию. И было от чего! К моменту вылавливания "БОРа" в районе приводнения находились уже не только военные корабли и самолеты-разведчики, но и палубные вертолёты ВМС Австралии. Степень противодействия иностранного флота была настолько высока, что после окончания поисковой операции Г.С.Титов обратился напрямую в ВПК: "Считаю, что велика вероятность перехвата американцами… предлагаю перенести место посадки в Черное море". Эвакуация космического аппарата "БОР-4" Но второй запуск "БОРа-4" (Космоса-1445) был также произведен с посадкой в районе Кокосовых островов. В проведении этого полета помогали корабли сопровождения Академии наук СССР "Космонавт Волков", "Космонавт Беляев" и научный корабль тихоокеанской геодезической экспедиции "Чумикан". Помимо тихоокеанской эскадры в район Кокосовых островов пришли корабли из Черного моря. Все корабли рассредоточились в радиусе нескольких сот километров, чтобы максимально быстро найти космический аппарат и поднять его на борт. Члены экипажа "Чумикана" позднее вспоминали о степени секретности работ - были наглухо задраены все иллюминаторы, чтобы ни один матрос не мог увидеть происходящих событий. Ближе всего к месту посадки оказался именно "Чумикан", с которого и был спущен катер с инженером на борту для обезвреживания системы самоликвидации приводнившегося космического аппарата. Операция эвакуации "Космоса-1445" закончилась благополучно благодаря большим затратам на организацию поисковых мероприятий, и не смотря на отчаянное противодействие иностранных судов, пытавшихся самостоятельно обнаружить и поднять на борт советский аппарат. Австралийские военные корабли подходили настолько близко, что наши моряки могли беспрепятственно рассматривать в бинокли не только самих матросов, но даже смотреть по вечерам … зарубежные фильмы, которые транслировались на экранах, развернутых на верхних палубах иностранных судов! Член экипажа "Чумикана" Владимир Гаврилов впоследствии вспомнил курьезный случай, характеризующий дотошность работы австралийских самолетов-разведчиков: "...Я стоял в наряде, чистил картошку, помогал коку. Рано утром перед сдачей наряда набрался большой чан отходов. Нам не захотелось тащить его в мусороприемник, и мы вылили все помои в иллюминатор. Никто вроде бы не заметил, но вечером того же дня от командира флотилии получили нагоняй. Оказывается, "Орион", круживший в нескольких километрах от корабля, зафиксировал, как русские сбрасывают какие-то отходы в море. Они сняли на пленку весь процесс выброса отходов и отрапортовали командованию военной базы в Австралии - мол, русские вывалили за борт нечто, не поддающееся идентификации. Из Австралии прошла телефонограмма в США, оттуда в Брюссель. В Бельгии состряпали ноту протеста - мол, зачем русские Мировой океан загрязняют, и отправили в Москву. Из Москвы связались с Петропавловском-Камчатским и надавали командиру по первое число. А командир в свою очередь связался с "Чумиканом" и приказал немедленно разобраться в происшествии. И все это за один день. Никто бы никогда не подумал, что обыкновенный бак помоев, выброшенных за борт матросами-срочниками, может возыметь такой политический резонанс". Появление уверенности в надежности системы управления ракетоплана после двух запусков позволило перенести зону приводнения из Индийского океана в район Черного моря. К сожалению, один из двух аппаратов, приводнившийся западнее Севастополя, найти не удалось. Интересно, что трасса атмосферного участка спуска аппаратов "БОР-4" при приводнении в советских территориальных водах Черного моря проходила на высоте 60-80 км через воздушное пространство стран-членов НАТО - Великобритании и западной Германии (ФРГ), что юридически (в соответствии с нормами космического права граница суверенного воздушного пространства и "ничейного" космоса расположена на высоте 100 км) являлось нарушением их государственных границ, поэтому каждый полет "БОРа-4" с приводнением у наших берегов имел соответствующий политический и дипломатический резонанс. Но программа полетов "БОРов-4", закончившись в октябре 1987 года последним суборбитальным полетом, неожиданно продолжила свою вторую, вымышленную жизнь на страницах зарубежной печати благодаря опубликованным фотографиям австралийских ВМС и упорному нежеланию СССР признать наличие научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) по созданию многоразового пилотируемого космического корабля. Чем больше мы отрицали очевидные факты, тем меньше остальной мир нам верил - и это было естественно в условиях "холодной" войны и глобального противостояния в космосе. Да и правду сказать, запечатленный на фотографиях "БОР-4" никак не был похож на аппарат, предназначенный для "исследования верхних слоев атмосферы и ближнего космоса", как его всякий раз представляла наша официальная пропаганда в сообщениях ТАСС. Например, в начале 1989 года (уже после успешного полета "Бурана") в американском журнале Scientific American была напечатана статья Питера М.Бэнкса и Салли К.Райд "О советской космической программе" (позднее эта статья была перепечатана апрельским номером русскоязычного журнала "В мире науки"). В статье, в частности, говорилось: "…Еще одним добавлением к советскому комплексу космических средств является небольшой космический самолет многоразового использования. Советские официальные лица еще не признали тот факт, что у СССР есть такой самолет. Однако его существование было обнаружено несколько лет назад, когда с самолета австралийских ВВС, пролетавшего над Индийским океаном, был сделан снимок модели космического самолета, выполненной в уменьшенном масштабе. На снимке модель видна на палубе советского судна после совершения ею испытательного полета. Люди на палубе судна достали модель из воды после того, как она приводнилась, совершив испытательный полет. Действительный космический самолет, вероятно, в 2-3 раза больше, чем эта модель. Западные специалисты полагают, что для запуска космического самолета на околоземную орбиту может использоваться ракета SL-16; на борту самолета может находиться экипаж из 2-3 человек и совсем небольшой груз; самолет, вероятно, способен производить посадку на стандартной взлетно-посадочной полосе. Он может также использоваться для доставки людей с одного космического объекта на другой, для осмотра спутников и в качестве оперативного спасательного средства". http://www.buran.ru/htm/bors.htm

...а я вот не понял - чем тебе моя Евпатория не понравилась? Где ты там жалость испытал к отдыхающим?..

ашttp://www.kp.ru/daily/26104/3001065/Советскую подлодку поднимут со дна Черного моря, как «Курск» «Щука» затонула в 1944-м возле мыса Тарханкут в Крыму и до сих пор числилась без вести пропавшей [фото, видео, список экипажа]Уникальную находку украинские археологи сделали случайно, когда испытывали подводного робота на мысе Тарханкут в Крыму. Работали они примерно в 20 километрах от берега. Погрузив аппарат на пятидесятиметровую глубину, вдруг увидели на экране очертания затонувшего корабля. Определить, что именно лежит на дне, смогли не сразу - вода была очень мутной. К находке отправили двоих водолазов, которые и отрапортовали, что, скорее всего, это советская подводная лодка типа "Щ" ("Щука"). - Это место - так называемый «сто первый квадрат». Зимой 1944 года там без вести пропала «Щ-216», - рассказал «КП» руководитель Черноморского центра подводных исследований Сергей Воронов. - Подлодка выполняла дозорную службу, торпедировала немецкий транспорт, на котором из Крыма вывозились ценности и войска вермахта. Насколько известно, в начале войны она была приписана к порту Феодосии, а затонула уже когда была переведена на обслуживание в Туапсе. Если верить архивам, лодку с командой из 47 человек атаковали немецкие корабли-охотники UJ-103 и UJ-104. Судя по отверстию два на четыре метра в районе второго отсека, это пробоина образовалась от взрыва глубинной бомбы. Но особенно удивило ученых состояние лодки, пролежавшей на дне морском почти 70 лет. Вместо того, чтобы погрузиться глубоко в ил, «Щука» едва касается килем дна.- Мы уверены, что лодка пыталась всплыть - это видно по положению рулевой группы, которая установлена в режим подъема, - поясняет Сергей Воронов. – Рубка запутана в больших траловых сетях. Их, видимо, еще во времена СССР потеряли рыболовы. Легкий корпус лодки порос моллюсками. Носовая часть, где и находится взорванный отсек, разрушена, ее части лежат на дне. Сейчас крымские ученые ломают голову над тем, что делать с «Щукой». Возможно, уже в ближайшее время лодку поднимут на поверхность. Причем по той же схеме, по которой действовали с российским атомоходом «Курск», погибшим в 2000 году в Баренцевом море. Корпус обвяжут тросами и прицепят их к понтонам, которые наполнят воздухом.- Все решится, когда мы точно будем знать, в каком состоянии находятся торпеды, и не взорвутся ли они при подъеме, - говорят ученые. – Дело в том, что такая же лодка типа «Щ» лежит близ острова Змеиный, в северо-западной части Черного моря. При СССР ее хотели поднять, но не стали именно из-за угрозы подрыва торпед, которые находятся на боевом взводе. В какую сумму обойдется обследование и подъем «Щуки», пока не считали. Известно, что в проекте примут участие и россияне. Если операция пройдет удачно, лодку отреставрируют и установят в поселке Черноморское в качестве музея. А членов команды субмарины с военными почестями предадут земле. Есть вероятность, что уцелевшие отсеки до сих пор заполнены воздухом. А значит, ученым удастся провести эксгумацию погибших моряков, для которых лодка стала ловушкой и братской могилой.Подлодка выполняла дозорную службу, торпедировала немецкий транспорт, на котором из Крыма вывозились ценности и войска вермахта«КП» разыскивает родных погибших моряковКак только стало известно, что найдена «Щ-216», работники российского архива помогли установить имена и фамилии всех членов экипажа.- Средний возраст экипажа, которым руководил капитан III-го ранга Григорий Карбовский, -20-22 года, - рассказала председатель Республиканского комитета АРК по охране культурного наследия Лариса Опанасюк. - Известно, что на борту были уроженцы из многих республик СССР, в том числе украинцы и россияне. Мы будем обращаться в различные фонды и организации, которые, надеемся, помогут найти родных подводников. Кстати, услышав новость о том, что лодка найдена, некоторые из близких героев уже с нами связались.«Щ-216» была заложена 23 июня 1939 года на стапелях завода № 200 в Севастополе. А через год спущена на воду и вошла в состав Черноморского флота. За время Великой Отечественной войны выполнила 14 боевых походов, в которых провела 299 суток, и один транспортный поход в Севастополь. «Щука» совершила пять торпедных атак, в которых потопила одно судно и еще одно повредила: в октябре 1942 года пустила на дно румынский транспорт Carpati с грузом военного снаряжения и угля, а в августе 1943 года поразила немецкий танкер Firuz. Танкер получил серьезные повреждения, но не затонул. СПИСОК ПОГИБШИХ «Щ-216» Погибли на борту подводной лодки «Щ-216» 17 февраля 1944 года: 1. Карбовский Григорий Евстафьевич, 1903 г.р., командир корабля. 2. Ларионов Геннадий Алексеевич, 1917 г.р., старший лейтенант, помощник командира корабля. 3. Любимов Евгений Васильевич, 1916 г.р., старший лейтенант, командир БЧ-1. 4. Глотов Никифор Васильевич, 1919 г.р., старший лейтенант, командир БЧ-2-3. 5. Лейн Илья Абрамович, 1919 г.р., старший инженер-лейтенант, командир БЧ-5. 6. Савин Павел Андрианович (ошибочно, Андреянович), 1915 г.р., капитан медицинской службы, начальник санитарной службы ПБ «Нева». 7. Швец Иван Константинович, 1915 г.р., главный старшина, боцман. 8. Бубнов Алексей Иванович, 1914 г.р., старшина 1 статьи, боцман ПЛ «Щ-207». 9. Белоусов Степан Трифонович, 1920 г.р., старший краснофлотец, рулевой. 10. Минчев Пётр Николаевич, 1923 г.р., краснофлотец, рулевой. 11. Плаксин Григорий Сергеевич, 1924 г.р., краснофлотец, рулевой. 12. Кузнецов Павел Фомич, 1921 г.р., краснофлотец, рулевой. 13. Лесников Пётр Иосифович, 1921 г.р., краснофлотец, командир отделения штурманских электриков. 14. Косульников Евгений Александрович, 1919 г.р., старшина 1 статьи, командир отделения комендоров. 15. Нудьга Николай Иванович, 1923 г.р., краснофлотец, комендор. 16. Горохов Василий Дмитриевич, 1917 г.р., старшина 1 статьи, старшина группы торпедистов. 17. Морозовский Алексей Владимирович, 1914 г.р., старшина 2 статьи, командир отделения торпедистов. 18. Пересыпкин Николай Фёдорович, 1921 г.р., старший краснофлотец, старший торпедист. 19. Литвиненко Иван Петрович, 1923 г.р., краснофлотец, торпедист. 20. Ефимов Герман Агафьевич, 1914 г.р., главный старшина, старшина группы радистов. 21. Сомов Алексей Николаевич, 1919 г.р., краснофлотец, командир отделения радистов. 22. Фадеев Андрей Михайлович, 1922 г.р., краснофлотец, радист. 23. Самойленко Виктор Иванович, 1924 г.р., краснофлотец, гидроакустик. 24. Гришкин Сергей Анисимович, 1924 г.р., краснофлотец, гидроакустик. 25. Ткаченко Иван Фёдорович, 1920 г.р., старшина 2 статьи, командир отделения СКС. 26. Свистун Фёдор Петрович, 1910 г.р., главный старшина, старшина группы мотористов. 27. Баранов Иван Фёдорович, 1920 г.р., старший краснофлотец, старший моторист. 28. Саунин Сергей Михайлович, 1920 г.р., старший краснофлотец, старший моторист. 29. Сигаев Анисим Филиппович, 1915 г.р., краснофлотец, моторист. 30. Фомин Виктор Васильевич, 1921 г.р., краснофлотец, моторист. 31. Максименко Алексей Илларионович, 1924 г.р., краснофлотец, моторист. 32. Байков Михаил Иванович, 1912 г.р., главный старшина, старшина группы электриков. 33. Черняев Иван Никитович, 1915 г.р., старшина 1 статьи, командир отделения электриков. 34. Гуренко Илья Григорьевич, 1921 г.р., старший краснофлотец, старший электрик. 35. Дроздов Фёдор Алексеевич, 1921 г.р., краснофлотец, электрик. 36. Гулидов Иван Осипович, 1921 г.р., краснофлотец, электрик. 37. Перегородов Владимир Лукьянович, 1921 г.р., краснофлотец, электрик. 38. Паншин Евгений Васильевич, 1912 г.р., старшина 1 статьи, старшина группы трюмных. 39. Грузан Степан Тихонович, 1916 г.р., старшина 1 статьи, командир отделения трюмных. 40. Рапотин Иван Иванович, 1921 г.р., краснофлотец, трюмный. 41. Бурчак Иван Дмитриевич, 1919 г.р., краснофлотец, трюмный. 42. Растилов Григорий Александрович. 1924 г.р., краснофлотец, трюмный. 43. Черне Григорий Моисеевич, 1919 г.р., краснофлотец, строевой. 44. Иванов Иван Петрович, 1921 г.р., старшина 2 статьи, кок ПБ «Нева». 45. Астанин Юрий Андреевич, 1919 г.р., мичман-курсант, курсант 5-го курса ВВМИУ им. Дзержинского, прикомандированный в качестве стажера. 46. Жуков Пётр Петрович, 1919 г.р., мичман-курсант, курсант 5-го курса ВВМИУ им. Дзержинского, прикомандированный в качестве стажера. 47. Комаров Михаил Дмитриевич, 1919 г.р., мичман-курсант, курсант 5-го курса ВВМИУ им. Дзержинского, прикомандированный в качестве стажера.На фото внизу: Командир подлодки Карбовский Григорий Естафьевич и фото самой лодки

Российские истребители Су-27 надругались над американским авианосцем Кити ХокОб этом инциденте, случившемся в Японском море 17 октября 2000 года, сквозь зубы сообщили несколько американских газет. «КП» удалось не только узнать многие детали трагикомичной истории, но и получить ее уникальный «фотопортрет», а также документ, в котором описывается ситуация на американском авианосце «Китти Хок»...Военная разведка Дальневосточного объединения ВВС и ПВО в тесном взаимодействии с разведывательным управлением Тихоокеанского флота провела специальную операцию по обнаружению американской авианосной ударной группы во главе с авианосцем "Китти Хок" в Японском море. По информации, полученной в разведуправлении дальневосточного объединения ВВС и ПВО, операция была проведена с высокой эффективностью благодаря четким, слаженным действиям офицеров разведотдела объединения. Итогом работы стало то, что российским летчикам удалось пролететь прямо над палубой авианосца и сделать серию снимков, чего американцы никак не ожидали и всячески старались избежать. Экипажи двух самолетов-разведчиков, по словам военных, во время операции действовали умело и решительно, благодаря чему повторили аналогичную операцию с пролетом над американским военным кораблем 30-летней давности. Кстати говоря, за выполнение такой задачи в советские годы каждого из них на земле ждал бы уже орден Ленина. В конце 1970-х наш самолет-разведчик Ту-16Р так же пролетел над палубой авианосца на предельно малой высоте с выпущенными шасси. После этого многие американские военачальники были сняты со своих должностей. Как наказали современных командиров, допустивших российские самолеты-разведчики на опасную близость с авианосцем, неизвестно. Как сообщает ИТАР-ТАСС, летчики ВВС России успешно провели разведывательную операцию по вскрытию системы ПВО авианосного ударного соединения США во главе с авианосцем "Китти Хок". Эту информацию подтвердил журналистам главком ВВС РФ генерал армии Анатолий Корнуков.17 октября 2000 года, примерно в 11.45, командир 799-го отдельного разведывательного авиаполка полковник Вячеслав Мартынов поставил задачу экипажам Су-24, возглавляемым подполковником Александром Реневым и майором Михаилом Аристарховым, осмотреть Японское море и «вскрыть» находившуюся там американскую авианосную группу во главе с авианосцем «Китти Хок». Пилоты мартыновского полка из-за дефицита «горючки» редко наведывались в зону маневров американцев - те уже отвыкли от русских. И уже не только ночью, но и днем «позволяли себе» подгонять к авианосцу топливозаправщики, рискуя при свете солнца обнажить систему подпитки главного корабля, - это уже порой напоминало цивильную фирму, степенно хозяйничающую вблизи от российских вод. Кроме того, на разведчиков уже долгое время давила идеология: Россия и США перед всем миром клялись во взаимном дружелюбии. Но одно дело - политические заверения «верхов», а другое - необходимость обеспечить безопасность страны.Первым ушел на задание экипаж Ренева (штурман - майор Игорь Радченко). Через несколько минут взлетела машина Аристархова (штурман - капитан Владимир Осипов). Оба разведчика забрались на высоту 8000 метров и с разных направлений прошлись вдали от «Китти Хок». Обычно американцы, еще километров за 120 запеленговав электроникой русские истребители, поднимали им навстречу свои палубные «Фантомы» и отгоняли от корабля. А если русские все же пытались сфотографировать авиносец, то F-18 буквально приклеивались к брюху наших Су-24 и закрывали собой цель, не давая ее фотографировать. В тот раз американцы на перехват не вышли - уверовали в немощь русской авиаразведки. Но «вскрыть» авианосную группу с расстояния даже в 50 км невозможно - гигантский корабль на пленке будет чуть больше мухи. И Ренев после хитрого отвлекающего маневра «рухнул» на «Китти Хок» так, что американцы только головами закрутили - фотопулемет засек их остолбенение. Судя по всему, наш молниеносно появившийся самолет-разведчик они перепутали с американским, потому что тревога была объявлена лишь минут через 30. Аристархов следом за Реневым подошел к авианосцу издевательски низко и даже хохмы ради выпустил шасси, что посеяло еще большую панику среди команды корабля. На фотоснимках хорошо видно, что даже дежурный «Фантом» не готов к перехвату - на взлетке стоит ошарашенная происходящим обслуга. Никогда еще «Китти Хок» российские авиаразведчики не фотографировали «на память» с такой основательной тщательностью. Боевая задача была выполнена блестяще. Но когда оскорбленные «наглостью» крылатых россиян американские адмиралы пожаловались Белому дому, а тот Кремлю, некоторые высокие командиры и кадровики перетрухали, боясь получить нагоняй за слишком рискованную выходку наших асов. А некоторые генералы на всякий случай требовали назначить расследование «боевого хулиганства» и грозили «виновным» наказанием... В былые времена за выполнение таких задач давали орден Ленина и досрочно присваивали звания. С учетом «новых международных отношений» дальневосточные авиакомандиры послали в Москву на четверых офицеров представления к ордену Мужества. В столице рассудили по-своему: Реневу и Аристархову хватит и медали Нестерова, а Радченко и Осипову - медали за безупречную службу... ЗНАЙ НАШИХШок на палубеЧерез несколько дней после описанного случая разведка Тихоокеанского флота перехватила электронное письмо. Командир отряда F/А-18, находившийся на борту «Китти Хок» во время инцидента, пишет своему сослуживцу. «...Сидим мы и болтаем о всякой фигне, вдруг звонок из БИЦ (Боевого информационного центра. - В.Б.). Они говорят: «Сэр, мы засекли русские истребители!». Капитан: «Объявляйте тревогу. Поднимаем истребители!» Из Центра говорят, что можно объявить только «Тревогу-30» (вылет в течение 30 минут. - В.Б.). Капитан: «Поднимайте в воздух все, что можно!» Я связался с дежурным офицером эскадрильи. В тот день дежурила не наша эскадрилья, так что я велел ему сделать так, чтобы они подняли свои задницы. Одним словом, через 40 минут после объявления тревоги, после того, как русские Су-24 на скорости 500 узлов прошли прямо над башней «Китти Хок», офицеры расплескали свой кофе и сказали все как один: «Fuck you!» Я посмотрел на капитана. Его лицо было багровым.Русские истребители сделали еще два крутых виража на низкой высоте до того, как мы наконец-то запустили ЕА-6В Prowler (беспилотный военный самолет). Да, да... мы запустили грёбаный Prowler против истребителя прямо над кораблем. Истребитель имел его, как хотел. Наш уже вопил о помощи, когда наконец F/А-18 поднялся в воздух, чтобы совершить перехват. Но было поздно. Четыре дня спустя русская разведслужба прислала командующему «Китти Хок» фотографии наших летчиков, мечущихся по палубе. Какой позор! Я чувствовал себя так, словно нас отымели, а я даже не слез со скамейки, чтобы помочь своим.Пока. Жму лапу. Джон». Вот как описывали эти события СМИ: 1) 7 декабря в Вашингтоне официальные представители военного ведомства США Кенент Бэйкон и адмирал Стивен Пьетропаоли провели пресс-конференцию, на которой раскрыли некоторые подробности серии инцидентов в Японском море, когда российские самолеты-разведчики Су-27 и Су-24 подлетали на критическое расстояние к базирующемуся там американскому авианосцу Kitty Hawk. Как заявил в четверг Бэйкон, некоторое время спустя на авианосец по электронной почте пришло письмо, содержащее две фотографии палубы Kitty Hawk, сделанные с русских самолетов во время одной из таких акций российских ВВС. В письме также было короткое сообщение на русском языке, содержание которого отказался уточнить амирал Пьетропаоли, сообщает агентство UPI. По его данным, письмо было отправлено не из министерства обороны России, и отправитель его представителю Пентагона неизвестен. Кроме того, Кеннет Бэйкон сообщил, что на пресс-конференции неделю назад, когда он также рассказывал о действиях российских летчиков, он допустил ряд неточностей. Во-первых, случаев пролета русских самолетов было не два, а три - 12 октября, 17 октября и 9 ноября. Во-вторых, в ходе инцидента 17 октября самолеты были не "обнаружены на приемлемом расстоянии" в нескольких сотнях метров от корабля, как сообщалось о действиях российских ВВС ранее, а пролетели непосредственно над авианосцем, чем привели американских военных в замешательство. В этот момент и были сделаны снимки, посланные впоследствии на Kitty Hawk. Лента.ру 8.12.00 2) Российские военные самолеты в Японском море успешно провели операцию по преодолению противовоздушной обороны американской авианосной многоцелевой ударной группировки во главе с авианосцем "Китти хок" (KittyHawkCV63). Сообщение об этом, опубликованное газетой "Известия", подтвердили во вторник "Интерфаксу" информированные источники в российском военном ведомстве. По их словам, это произошло дважды в Японском море в тот момент, когда авианосная группировка США направлялась на учения в Корейский пролив (17 октября) и когда возвращалась с маневров (9 ноября)… (Интерфакс 14 ноября 2000 г.) По некоторым данным, самолеты были из 11 воздушной армии (командующий - генерал-лейтенант Анатолий Наговницын). Палуба у Китти Хок была полностью не готова к противодействию и американцы всерьез решили, что их атакуют, и стали в панике перерубать топливные коммуникации, чтобы не было большого взрыва и пожара при атаке. Потом уже они подняли "Хорнеты" и пытались сопровождать "сушки" до побережья. В тот же день Анатолий Корнуков заявил, что «Руководство Генерального штаба Вооруженных сил высоко оценило работу российских летчиков, которые вскрыли систему ПВО авианосного ударного соединения США во главе с авианосцем «Китте Хок». По его словам, все пилоты будут представлены к наградам. "Это была плановая разведка, хотя в ходе ее решались необычные задачи. Результаты этой разведки - впечатляющие", - подчеркнул главком. по материалам:ашhttp://xn----7sbb5ahj4aiadq2m.xn--p1ai/news/kittyhawk.shtmlашhttp://www.kp.ru/daily/23077/5136ашhttp://www.21122012.com.ua/vojna-i-geopolitika/906-rossijskie-istrebiteli-su-27-nadrugalis-nad-amerikanskim-avianosczem-kiti-xok.html

Как американцы атаковали советский мирный корабль во Вьетнаме в 1972 году во время бомбежки Северного Вьетнама ( мои впечатления как очевидца ) В мае 2012 года исполняется 40 лет со дня трагических событий во Вьетнамском порту Камфа 1972 года. Тогда во время бомбёжки советского теплохода «Гриша Акопян» погиб боцман Юрий Зотов. Просмотрев скудную, порой недостоверную, противоречивую информацию о тех событиях в интернете, я решила, как участник тех событий дать собственную версию тех событий, подкрепив свой рассказ собственными фотографиями, которые ждали этой публикации 40 лет. Я работала на теплоходе «Зея» в должностях буфетчицы, дневальной. В то время трудно было попасть за границу, поэтому таким вот образом я решила посмотреть на мир. Я прибыла во Владивосток из города Амурска и после трёх лет работы на море вернулась в родной город, где сейчас и живу. В 1971 году, после того как я больше года отработала на судах Дальневосточного морского пароходства, (Советском Союзе», «Дзержинском») мне открыли визу за границу, и у меня, таким образом, появилась возможность побывать не просто за границей, а в экзотических странах. Я оформилась на один из самых малогабаритных судов Дальневосточного пароходства из серии «тис» — теплоход «Зея». После нескольких рейсов в Японию, «Зея» неожиданно для нас была зафрахтована Вьетнамом на шесть месяцев. Мы готовились в рейс в порт нашей приписки — Хайфон. В то время Вьетнам был поделён на две части — Северный и Южный. В Хайфоне (порт Северного Вьетнама) было относительно спокойно. Военные действия шли в основном гораздо южнее 17 параллели, которая представляла собой полоску земли, выжженную напалмом и изуродованную воронками от бомб и ракет. Однако нас предупредили о возможном начале боевых действий и в северной части Вьетнама и предложили тем, кто не хотел подвергать себя возможной опасности, списаться на берег или уйти на другой теплоход. Ушла только одна женщина, которая объявила, что уже испытала это «счастье» быть под бомбёжкой, и тоже во Вьетнаме. Но так как другие члены экипажа это «счастье» ещё не пережили, то все дружно согласились идти в этот, как оказалось потом, опасный рейс. Наш теплоход прибыл в порт Хайфон в апреле 1972 года, но так как это был полугодовалый фрахт, то к причалу нас ставить не спешили, всё как в портах Советского Союза. Мы стояли на рейде реки, которая в десятке километров от порта впадала в Жёлтое море. В ночь на второе мая после большого перерыва был совершён первый налёт американских самолётов на порт Хайфон. Кроме советских торговых судов, у причала и на рейде стояли польские, болгарские, китайские морские суда и суда других суверенных государств. Был сезон дождей, который сопровождался сильными грозами и почти непрекращающимися молниями. Но взрывы и зарево от них, что разбудили нас, очень сильно отличались от разрывов и света природного происхождения. Я сразу поняла, что началась бомбёжка. Мы все выбежали на верхнюю палубу и, навалившись на борт, вглядывались во тьму. Над нами очень низко пролетали самолёты, и почти рядом с бортом, безобидно булькая, ложились снаряды, выпущенные с самолёта. Было непонятно, кому они предназначались, ведь кругом стояли мирные морские суда. Вдруг на окраине города раздался сильный взрыв. Зарево от него осветило весь город. Как мы потом узнали — это взорвали нефтехранилище. Через несколько секунд тёплая взрывная волна, дошедшая до нашего теплохода, легонько оттолкнув нас от борта. Гул, взрывы, стрельба, булькающие по воде снаряды — всё это создавало чувство какой-то нереальности. Утром следующего дня я сидела на шезлонге на верхней открытой палубе. Вдруг мимо меня пробежал начальник радиостанции и сказал мне, что сейчас начнут бомбить. Спрашиваю, почему он так решил. «Посмотри на небо», — говорит. Смотрю вверх, а там всё небо в белых полосках — это следы от едва видимых самолётов. (Впоследствии белые полоски на небе станут предвестниками очередной бомбёжки). Мне кажется, не прошло и минуты, как послышался страшный нарастающий гул от пикирующих самолётов. Я всегда, когда смотрела фильмы о войне, связывала этот режущий уши звук с падающими бомбами. Но оказывается, такой звук издают пикирующие самолёты, потому что бомбы сбрасывались с небольшой высоты и, они, практически сразу же, взрывались, попадая в цель. Американские лётчики бросали бомбы со снайперской точностью. Как-то во время налёта, к борту нашего теплохода под шумок пришвартовалось китайское судёнышко вооружённое крупнокалиберным пулемётом советского производства образца времён Великой Отечественной войны, и открыл стрельбу по пролетающему на малой высоте самолёту. Это было похоже на провокацию. Тут же по судовой радиосвязи раздалась команда капитана: «отрубить швартовы китайца», что было немедленно сделано, и китайское судёнышко стало быстро относить течением от нашего борта. Но выстрелы были замечены американцами. Мы знали, что такие выходки они не прощают. Не прошло и минуты, как с левого и правого борта нашего теплохода раздались два мощных взрыва. Мне показалось, что нашу «Зею» на метр подбросило над водой. Поднялся огромный столб воды с илом. Говорят, нас спасло то, что бомбы взорвались на дне реки, погасив ударную силу многочисленных осколков, которыми была усыпана вся палуба. Моряки с соседних судов, стоявших на рейде и ставшие свидетелями этих взрывов, решили что «Зея» погибла. Но когда столб воды с поднятым со дна илом опустился, все не поверили своим глазам — «Зея» стояла на своём месте. По внешней связи со всех наших теплоходов шли вызовы: «Зея» ответьте, сколько убитых и раненых». Наш радист от шока не мог ещё придти в себя, потому что он был в радиорубке и видел, как с самолёта падали и взрывались бомбы. Придя в себя, стал отвечать, что у нас нет ни убитых, ни раненных. Но к нам уже спешили санитарный и пожарный катера. До сих пор я храню дома эти страшные сувениры – несколько осколков с тех самых бомб. Наше, то есть советское присутствие во Вьетнаме, было представлено ограниченным контингентом военных советников — специалистами как я потом, много лет спустя, вычитала в газете, по испытанию ракет земля-воздух. Любые перемещения советских специалистов сразу же становились известными американцам. Об этом свидетельствовал и следующий факт. Когда мы уже стояли у причала ночью, рядом пришвартовался теплоход «Гриша Акопян». (Была целая серия таких, по тем временам, комфортабельных судов, названных в честь пионеров-героев Великой Отечественной войны). Рано утром, как всегда, я включила рацию в кают-компании, в это время обычно на чисто русском языке передавалась дислокация судов на рейде и у причала, и вдруг слышу: «Сегодня ночью шла разгрузка теплохода «Гриша Акопян», на борту которого находились танки». О грузах такого рода вслух не принято было говорить, мы узнавали о них по надбавкам к зарплате, и такие надбавки острые на язык моряки прозвали «гробовые». Мы на «Зее» иногда тоже получали такие надбавки к зарплате. И то, что в трюмах «Гриши Акопян» была не мука, можно судить по тому, как быстро прошла разгрузка. Обычно с грузами такого рода, как мука, рис приходилось ждать разгрузки неделями, а тут за сутки справились. Налёты на Хайфон проводились с регулярной периодичностью, в одно и то же время три раза в день. Во время налётов в первое время, свободные от вахты члены экипажа (наиболее любопытные) поднимались на верхнюю палубу и, надев чёрные очки, смотрели в небо, стараясь сосчитать количество самолётов, участвующих в бомбардировках. А их количество иногда достигало до двадцати и больше. Мы были уверены, что нас обстреливать не будут, так, если промажут…. Да и на нашем маленьком судёнышке и спрятаться то было негде. Палубы других, стоящих рядом теплоходов, были безлюдны. Мы наблюдали, как наши ракеты, поднявшиеся откуда-то из глубины джунглей, преследовали самолёты. Зрелище неописуемое. Самолёты, управляемые асами, выписывая сложные фигуры, уходили от ракет. Но бывало, что, ракета достигала цели и тогда мы видели многочисленные фрагменты сбитого самолёта, падающие как в замедленной съёмке, на рисовые поля или в реку, где на рейде стояли многочисленные суда. Вечером того дня, когда к причалу пришвартовался «Гриша Акопян», мы с визитом отправились на прибывший теплоход. Несколько человек, любителей магнитофонной музыки, пригласил к себе четвёртый механик, большой почитатель песен русских эмигрантов. Некоторые кассеты мы переписали себе. Ночью «Гриша Акопян» должен был следовать под погрузку углём в порт Камфа, это шесть часов нашего хода от Хайфона. Мы тогда и предположить не могли, что через сутки мы вновь будем на борту «Гриши Акопяна», что с ним случится беда и что наша «Зея» пойдет на помощь. В порту Камфа американцы настигли, пришедший под погрузку теплоход, ракета прицельно попала в каюту четвёртого механика, где мы накануне прекрасно провели время. О том, что стряслась страшная беда, мы узнали в полночь — на одном из наших советских теплоходов поймали «sos» с «Гриши Акопяна». Быстро был собран совет из капитанов наших судов и членов торгового представительства порта Хайфон, на котором было решено отправить на спасение людей и теплохода «Гриша Акопян» нашу «Зею». Почему выбор пал именно на нас, можно было только догадываться. Во первых, из-за сравнительно малой осадки теплохода — ведь фарватер реки был уже заминирован, во вторых, из-за малочисленности экипажа. Случись что — будет меньше жертв, (Для сравнения: на теплоходах класса «пионер» экипаж состоял примерно из 45 человек, на нашем теплоходе было — 27 человек). В Камфу шли всю ночь. Теплоход вошёл в фарватер порта Камфа утром, и мы сразу увидели поднимающийся вверх столб дыма. Фарватер проходил между скалистыми берегами небольшого залива, который был уже заминирован. По курсу следования «Зеи» стояли одиночные скалы в виде больших столбов. Из-за такой скалы появилась вьетнамская лодка-джонка, с которой махали красным флагом, предупреждая об опасности. Наш капитан Виталий Евстихеевич Белов собрал экипаж и предложил самим сделать выбор: либо возвращаться назад, либо следовать дальше по заминированному пути и спасать теплоход и экипаж. Но мы уже видели дымящийся теплоход, поэтому даже и мысли не возникало о возвращении, и «Зея» продолжила путь. И тут появились американские самолёты, которые продолжали минирование фарватера глубинными бомбами; те падали прямо по пути нашего следования, иногда попадая на скалы, и тут же взрывались. Все свободные от вахты члены экипажа собрались на верхней палубе в спасательных жилетах, на случай попадания снаряда на теплоход. Но, видимо, американцы пока не планировали бомбить нас. Мы пришвартовались бортом к причалу, а носовой частью к терпящему бедствие теплоходу. К своему удивлению, мы не обнаружили экипажа. На берегу никого не было. Как потом нам объяснили вьетнамские товарищи, во время налёта на порт, который и портом-то можно было назвать с большой натяжкой, так как там стоял только один «Гриша Акопян», капитан был ранен, боцман убит, а весь экипаж направлен вглубь материка. У нас была прямая связь с Москвой, которая осуществлялась через помполита (помощника капитана по политической части). Нам сообщили, что мы должны дождаться экипаж и взять его на свой борт. Свободные от вахты члены экипажа «Зея» развернули шланги для тушения пожара, но пришлось сначала остудить палубу, она была раскалённой, потому в трюме горел уголь. Тушили огонь сразу с нескольких точек с берега и на самом теплоходе. Позднее подошли вьетнамские рабочие порта и стали помогать нашим морякам с берега. Вдруг из Москвы мы получили приказ немедленно покинуть порт, так как американцы стали угрожать нам. Вокруг наших судов продолжалось минирование. Мы вынуждены были уйти, не выполнив своей главной задачи, о судьбе экипажа не было никаких известий. Позже, мы узнали, что экипаж был доставлен на теплоход Дальневосточного пароходства «Переславль-Залесский». Возвращались из Камфы мы тем же путём, по заминированному фарватеру. Мины не взрывались. Американцы дали срок три дня, чтобы все суда покинули Вьетнам. После этого срока мины должны были привести в действие. Таким образом, американцы дали нам возможность уйти из Вьетнама, лишив его нашей помощи и поддержки. Те суда, которые стояли в самом порту Хайфона, простояли там почти год, пока реку не очистили от мин наши тральщики. Мы вернулись на внешний рейд порта Хайфон. Однако нам было приказано возвращаться в порт. Это известие нас неприятно удивило, потому что пройти туда уже было невозможно. Сам порт усиленно бомбили, а берег обстреливали подошедшие на расстояние выстрела американские корабли, причём так, что мины и снаряды со свистом пролетали над нашими головами. Самолёты, поднявшиеся с авианосцев и бомбившие порт, тоже пролетали над нами и туда и обратно. Было страшно, особенно, когда самолёты, отбомбившись, возвращались на авианосец. Именно отбомбившийся самолёт, получивший повреждение, дал пулемётную очередь по стоявшему на рейде танкеру «Певек». Снаряды попали в надстройку, там, где расположены каюты команды. Но очередь прошила каюту, где находились четыре женщины, говорили, что их всех зацепило. Над береговой частью стоял чёрный дым. С берега на теплоходы, которые скопились на внешнем рейде, а их около двадцати, летели птицы, многие из которых не долетали до судов и падали в воду. Мы, перевалившись через борт, подставляли им руки, и они, обессиленные, садились прямо на ладони. Так мы простояли несколько дней. Наконец получили долгожданный приказ — покинуть порт. Мы уходили почти последними, после нас ушёл только «Переславль-Залесский». Наше судно перефрахтовали, и мы на полгода получили новый порт приписки — Гонконг. Выходя из Тонкинского залива, мы прямо наткнулись на военный американский корабль, который, направив на нас свою носовую пушку, заставил остановиться. Не знаю, сколько бы продолжалось это противостояние, если бы, не наша старшая коллега Антонина Фёдоровна. Она велела надеть яркие платья и выйти на палубу, что мы и сделали, чем привели в ужас старшего помощника капитана, но мы увидели оживление напротив. Американцы помахали нам руками, мы им ответили. Мы поняли, что по девчонкам стрелять из пушки они не будут. Через несколько дней в районе Филиппинских островов мы встретили американский авианосец, который шёл из Вьетнама на отдых в Сингапур. Получилось так, что мы оказались на встречном курсе и от нас, конечно, потребовали свернуть, потому что эту громадину сопровождала большая охрана — палубные вертолёты и самолёты, корабли и подводная лодка, которая по этому случаю всплыла. Наш капитан, не реагируя на сигналы, продолжал следовать своим курсом. Почтенный наш капитан превратился в азартного взбалмошного мальчишку, который наотрез отказался выполнять указания какого-то там американского адмирала. И мы увидели, как вся эта громадина стала сворачивать с нашего курса, а что им оставалось делать — мы в нейтральных водах и никто нам не указ; и мы, такие гордые, прошли рядом, смотря на них не сверху вниз, а наоборот, снизу вверх. Это была наша маленькая месть за всё, что нам пришлось пережить. Так закончилось наше участие во Вьетнамских событиях 1972 года. P.S. Когда в мае 1973 года мы вернулись во Владивосток, первыми кто вошёл на борт «Зеи» были сотрудники КГБ. Не знаю с кем и о чём они говорили с другими членами экипажа, но лично у меня они поинтересовались, фотографировала ли я в Камфе. У меня был фотоаппарат «Киев», но перед заходом во Вьетнам все у кого были фотоаппараты, сдали помполиту в сейф. В Камфе, когда все свободные от вахты члены экипажа тушили пожар, кто-то из ребят принёс мне мой фотоаппарат и сказал: «Фотографируй». У меня было, более десятка свободных кадров и они все получились. Уже работая во фрахте Гонконга, мы сделали фотографии. Кто хотел, взял себе на память по фотографии. Я, как автор, взяла себе больше. Так вот эту плёнку у меня изъяли представители КГБ, а фотографии остались на долгую память. htttp://krilovamuseum.mypage.ru/529153.html

1. С чего все началось В январе 2010 года исполнилось 60 лет установления дипломатических отношений между СССР и Вьетнамом, т.е. с 1950 года. Прошло всего пять лет с тех пор, как Егоров и Кантария водрузили Знамя Победы над поверженным рейхстагом, а на борту американского линкора "Миссури" был подписан акт о капитуляции Японии. День 2 сентября 1945 года стал не только днем окончания Второй мировой войны, но и днем образования Демократической Республики Вьетнам. С тех пор дружба между двумя народами крепла и развивалась. Она стала дружбой, скреплённой потом и кровью. Такое понятие как "интернационализм" было для нас не пустой фразой. В 1954 году вся наша страна с радостью встретила сообщения о результатах Женевских соглашений, которые положили конец войне Сопротивления вьетнамского народа французским оккупантам (1945-1954 гг.). Затем более пятнадцати лет СССР оказывал всяческую поддержку в войне Сопротивления вьетнамского народа против агрессии США и сайгонского марионеточного режима. Это была война за независимость и объединение Вьетнама. Прямое вмешательство США в войну на стороне южновьетнамского сайгонского режима положило начало так называемой политике "умиротворения". Весь мир содрогнулся от этого "умиротворения". Все узнали, что такое "ковровые дорожки" (бомбежки огромных площадей самолетами В-52), превращавшие эти площади в безжизненную пустыню. Новые изобретения американцев (как сейчас бы сказали "новые технологии") - напалм, выжигающий целые города и деревни, дефолианты, уничтожающие и заражающие джунгли, а вместе с ними "вьетконговцев". Так называли американцы борцов Фронта национального освобождения Южного Вьетнама, а дефолианты они ласково называли благозвучным словом "оранж". Мировые СМИ обошли фотографии американских солдат и морских пехотинцев на фоне отрезанных голов и расстрелянных, повешенных ими стариков и детей в ходе операций зачисток. Поселок Сонгми в южновьетнамской провинции Куангнгай, уничтоженный американскими карателями, где было расстреляно более 500 человек, вошёл в историю как символ трагедии всего Вьетнама. А лейтенант Колли, командир роты "С" 11-ой американской бригады пехотной дивизии "Америкал", давший приказ об уничтожении мирных жителей Сонгми, стал зловещим символом всех "янки", пришедших на землю Вьетнама. Однако подавить сопротивление народа Южного Вьетнама не удалось. Армия освобождения сама всё чаще переходила к наступательным действиям, срывала карательные операции американо-сайгонских войск. Знаменитая "Тропа Хо Ши Мина" стала той артерией, по которой шли военные поставки из Северного Вьетнама. Патриотические силы Южного Вьетнама во второй половине 1964 г. в ходе наступательных действий освободили Ў его территории, на которой проживало более половины населения страны. Возникла угроза прямой агрессии США против ДРВ.2. Как это было Советский Союз, верный, как тогда говорилось, своему "интернациональному долгу", оказывал ДРВ безвозмездную помощь. Буквально каждую неделю от причалов Владивостокского порта уходили в Хайфон суда Дальневосточного морского пароходства, гружённые оружием, военной техникой и другими грузами. Вьетнам получал из СССР истребители, зенитно-ракетные комплексы и ракеты, зенитную артиллерию. Советские военные специалисты ВВС и ПВО не только обучали вьетнамских лётчиков и зенитчиков, но и сами участвовали в боях и тоже несли потери. Но об этом тогда не принято было говорить. Так как Советский Союз официально не принимал участие в боевых действиях и наши гражданские суда не оснащались зенитными средствами, то их единственной защитой был большой красный флаг с серпом и молотом, нарисованный на палубе. Его должны были видеть американские лётчики. Естественно, в этих условиях была задействована вся система советской военной разведки, и в первую очередь, Тихоокеанского флота. Ещё до начала агрессии США против ДРВ вся система береговой и корабельной радиоразведки, решая общие задачи вскрытия обстановки в зоне Тихого океана, основное внимание сосредоточивала на своевременном обнаружении разведпризнаков подготовки США к войне против ДРВ. Исходя из анализа складывающейся обстановки, советское командование приняло решение заблаговременно развернуть в район Тонкинского залива (по-вьетнамски, залив Бакбо) разведывательный корабль ТОФ, что впоследствии сыграло огромную роль в выяснении истинных обстоятельств так называемого "Тонкинского инцидента". В то время разведывательные корабли входили в состав 169-го отдельного дивизиона кораблей ОСНАЗ и базировались у 37-го причала Владивостока, рядом с памятником Невельскому. Дивизионом командовали капитан 2 ранга А.И. Проценко, а затем, капитан 2 ранга Плоткин. Это были небольшие, переоборудованные средние и малые рыболовные траулеры, напичканные радиоэлектронной аппаратурой. Непосредственно разведку вели, внедряемые на корабли, группы радиоразведки из 19-го отдельного морского радиотехнического отряда (ОМРТО). Командиры групп гордо называли себя "подвижниками". Группа (до 20 человек) была способна вести радиоперехват почти всех видов связи, пеленговать их, вести радиотехническую разведку радиолокационных станций. Сигнальщики были обязаны визуально распознавать надводные и воздушные цели по их силуэтам. На боевую службу эти корабли ходили под гидрографическим флагом ВМФ СССР, личный состав был в гражданской форме. Такова была основная легенда. Выходы кораблей из базы осуществлялись скрытно, преимущественно в темное время суток. Тихо стоящие у 37-го причала утлые судёнышки ни у кого не должны вызывать подозрений. Первые годы агрессии США против Вьетнама показали высокую эффективность морской электронной разведки. По полноте и ценности добываемой информации она далеко опережала все другие виды разведки. И ещё одним незаменимым качеством она обладала - своевременностью. Почти в реальном масштабе времени штаб ТОФ, Главное разведывательное управление получали ежесуточные разведывательные сводки с места военных действий. Это как сегодня смотреть по телевидению программу "Время". Благодаря неистощимой энергии вновь назначенного начальника разведки ТОФ капитана 1 ранга (впоследствии контр-адмирала) Н.П. Сотникова, сделавшего исключительно много для активизации деятельности военно-морской разведки, в силу объективной необходимости, с которой столкнулось военное руководство страны, было принято решение создать первое в составе ВМФ СССР оперативно-тактическое соединение разведывательных кораблей. 1 октября 1969 года на базе 19-го ОМРТО и входившего в его состав 169-го отдельного дивизиона кораблей ОСНАЗ была сформирована отдельная бригада кораблей ОСНАЗ Тихоокеанского флота в составе: 15 разведывательных кораблей, 19-го морского радио- и радиотехнического отряда с десятью подвижными группами ОСНАЗ и 2003-й береговой базы. В состав отдельной бригады вошли: средние РЗК "Гавриил Сарычев", "Гидрограф", "Пеленг", малые РЗК "Гидролог", "Анероид", "Курсограф", "Измеритель", "Протрактор", "Амперметр", "Барограф", "Гидрофон", "Дефлектор", "Керби", "Унго", "Усач". Судя по названиям, ну ни дать, ни взять целая бригада гидрографических судов. Первым командиром бригады был назначен капитан 1 ранга Дмитрий Тимофеевич Лукаш, участник Великой Отечественной войны. Благодаря его усилиям, бригада стала настоящей школой будущих начальников разведки флота и ВМФ, новых комбригов, командиров кораблей и частей разведки ТОФ. Многие из них прошли горнило войны во Вьетнаме. В период с апреля 1964 года по 31 декабря 1974 года разведывательные корабли бригады на постоянной основе в районе Южно-Китайского моря, Тонкинского залива и о. Гуам на маневренных позициях, кроме решения своих специальных задач, осуществляли боевое (разведывательное) обеспечение боевой деятельности советских подразделений ПВО на территории Вьетнама и оказывали интернациональную помощь братскому вьетнамскому народу. Они решали следующие задачи: - непосредственное слежение за авианосными ударными и противолодочными группами, выявляя их районы маневрирования; - предупреждение командования ВМФ СССР и ТОФ о готовящихся к вылету самолётах палубной авиации и об их вылетах на удары по Вьетнаму; - выявление тактических приёмов использования палубной авиации и деятельности американских кораблей по блокаде побережья Вьетнама. Кроме того, разведывательный корабль, находящийся в трёх милях от бухты Апра (о. Гуам), где базировалась американская 15-я эскадра атомных подводных лодок с баллистическими ракетами системы "Поларис-Посейдон", помимо главной задачи (вскрытие деятельности американских ПЛАРБ), обнаруживал взлёты стратегических бомбардировщиков В-52 с авиабазы Андерсен и отслеживал их перелёты до объектов Вьетнама. Продолжительность перелета составляла порядка 6 часов, но к этому времени система ПВО Вьетнама была уже предупреждена по сверхбыстродействующей связи с корабля через Генеральный штаб ВС СССР и далее до подразделений ПВО во Вьетнаме. Всего за период 1964-1974 г.г. в район боевых действий во Вьетнаме выходило 17 разведывательных кораблей соединения, совершивших 94 похода продолжительностью по три-четыре месяца. Первое боевое крещение наши корабли получили 2 августа 1964 года в ходе так называемого "Тонкинского инцидента". Тогда в Тонкинский залив были направлены корабли 7 флота США, которые вторглись в территориальные воды ДРВ с целью провокации, чтобы обмануть общественное мнение и распространить агрессию на территорию ДРВ. Для оправдания агрессии США выдвинули утверждение, что торпедные катера ДРВ якобы атаковали в экстерриториальных водах американский эсминец "Мэддокс". Правительство ДРВ категорически отвергло это утверждение. Сомнения в достоверности этого факта высказывали Объединенный комитет начальников штабов и командование ВМС США. Тогда с нашего корабля мрзк "Протрактор" (командир корабля капитан 3 ранга Н.П. Фадеев, командир группы ОСНАЗ капитан-лейтенант В.И. Левушкин) в штаб ТОФ пришло донесение, что, действительно, ведущий разведку эсминец "Мэддокс" вторгся в террводы ДРВ. Несмотря на это, авиация США 5 августа 1964 года бомбардировала территорию ДРВ. 10 августа конгресс США принял т.н. "Тонкинскую резолюцию", которая санкционировала эти действия американских вооруженных сил. Она предоставила президенту США Линдону Джонсону право использовать вооруженные силы США в Юго-Восточной Азии. Так началась агрессия США против Северного Вьетнама. А Советское правительство, опираясь на достоверные данные разведки, квалифицировало эти действия как прямую агрессию. Примечание: Уже капитан 1 ранга в отставке Виктор Иванович Левушкин, продолжая работать в разведке штаба ТОФ, попытался узаконить свой статус ветерана вооруженного конфликта во Вьетнаме. Однако из Министерства обороны РФ и крайвоенкомата Приморского края пришёл ответ: "Не положено!" и такие ответы получили сотни членов экипажей разведывательных кораблей ТОФ, которые находились в зоне боевых действий в Тонкинском заливе. С этого момента наши разведывательные корабли начали нести боевую службу в Тонкинском заливе на постоянной основе в течение всего периода американской агрессии против Северного Вьетнама. Основной район разведки - центр боевого порядка 77-го оперативного соединения (авианосного ударного соединения 7 флота США), или, как его называли американцы "Янки стэйшн". Смена наших кораблей происходила непосредственно в этом районе. Это стало настолько привычным для американцев, что они включали наш рзк как неизменный атрибут в состав соединения. Основной задачей рзк оставалось своевременное предупреждение ПВО Вьетнама о массовых взлётах палубной авиации с авианосцев, по данным радиоперехвата. В отдельные периоды в районе действовали до восьми авианосцев, а всё соединение насчитывало до 150 боевых кораблей и судов обеспечения. По мере наращивания группировки вооруженных сил США во Вьетнаме расширялся и круг задач, решаемых нашими рзк. Южновьетнамские порты Дананг, Камрань, Нячанг превратились в основные перевалочные базы, через которые шло развертывание американских сухопутных войск и морской пехоты на территории Южного Вьетнама. Поэтому рзк следили и за ходом развертывания группировки и ведением боевых действий. Уже к февралю 1968 года во Вьетнаме находилось 543 тыс. военнослужащих США (свыше 30% боевого состава американской армии, около 40% самолетов тактической авиации, около 70% боевого состава морской пехоты и т.д.). С учетом сил 7-го флота (35 тыс. чел.) и авиации, базировавшейся в Таиланде и на о. Гуам (45 тыс. чел.), общая численность войск США в Юго-Восточной Азии превышала 600 тыс. человек. Кроме того, по настоянию США для участия в военных действиях в Южном Вьетнаме привлекались также небольшие воинские контингенты союзников США по агрессивным блокам (Южной Кореи, Таиланда, Филиппин, Австралии и Новой Зеландии). Высокоэффективная работа разведывательных кораблей в Тонкинском заливе имела и ещё важное для моряков-разведчиков последствие. 28 февраля 1965 года во время визита Председателя Совета Министров СССР А.Н. Косыгина во Вьетнам его руководители выразили чрезвычайную благодарность СССР за регулярно поступающие из Москвы своевременные предупреждения о предстоящих налетах авианосной и стратегической авиации США. Заблаговременное оповещение позволяло вьетнамской стороне заранее приготовиться к отражению налета. Это существенно снижало собственные потери и наносило ощутимый урон самолетам США. Когда А.Н. Косыгин заинтересовался во Владивостоке, каким образом нам удаётся оказывать столь значительную помощь дружественной стороне, начальник разведки ТОФ контр-адмирал Н.П. Сотников доложил об итогах боевой службы разведывательных кораблей в Тонкинском заливе и у о. Гуам. Тут же по результатам похода мрзк "Гидрофон", возвратившегося в базу 28 февраля 1965 г., Косыгиным был заслушан командир корабля капитан-лейтенант А.А. Плотников (командир ОСНАЗ старший лейтенант В. Данилов). Выслушав доклад и ознакомившись с условиями жизни моряков во время длительных походов, Косыгин дал указание подготовить Постановление Совета министров СССР о введении для разведывательных кораблей автономного пайка на период их нахождения в море (N433). Вот отдельные, наиболее яркие эпизоды боевой деятельности морских разведчиков. 2 июня 1967 года советский теплоход "Туркестан" ДВМП, находящийся под разгрузкой в северовьетнамском порту Камфа, был обстрелян американскими палубными штурмовиками. Погиб электромеханик Николай Рыбачук, 6 человек были ранены. Назрел крупный международный скандал, так как американцы всячески отрицали своё участие в атаке теплохода. Но, как поётся в известной песне: "но разведка доложила точно". Наша группа радиоразведки с мрзк ГС-34 (командир группы - капитан-лейтенант Б.М. Мозжухин) перехватила радиопереговоры американских штурмовиков с авианосцем и представила неопровержимые сведения о номерах самолётов эскадрильи с борта авианосца "Мидуэй", времени и месте атаки. Американская сторона была вынуждена принести извинения за инцидент. Командир группы радиоразведки Б.М. Мозжухин был награжден орденом "Красной Звезды". С мая 1972 года американцы приступили к массированному минированию подходов к северовьетнамским портам. Минные постановки осуществляли палубные самолеты. Начало им положили "интрудеры" и "корсары" с "Китти Хока" и "Корал Си"; всего за последующие 8 месяцев было выставлено более 11000 мин Мк-36 и Мк-52-2. Наиболее массированные минные постановки были проведены в августе 1972 года, когда американская палубная авиация с шести авианосцев скрытно осуществляла минные постановки новых гидроакустических и магнитных мин на подходах к Хайфону и на самом фарватере. В Хайфоне оказались запертыми десятки судов. Эта операция была своевременно вскрыта радиоразведчиками с мрзк "Дефлектор" (командир корабля капитан 3 ранга О.Л. Кучин, командир группы ОСНАЗ К.П. Чудин), находящегося в Тонкинском заливе. Своевременно были оповещены штаб ТОФ и Дальневосточное морское пароходство (ДВМП). Это позволило предотвратить подрыв наших судов на минах. Декабрь 1972 года. В Париже идут длительные переговоры правительства США с правительством ДРВ о прекращении бомбардировок и обстрелов территории ДРВ. Они идут на фоне больших потерь американских войск и широких наступательных действий вооруженных сил Национального фронта освобождения Южного Вьетнама. В ДРВ поступают новые образцы советских зенитно-ракетных комплексов, позволяющих сбивать на больших высотах стратегические бомбардировщики В-52 и так же эффективно действовать по низколетящим целям. Мировые СМИ помещают фотографии сбитых самолётов и захваченных в плен американских лётчиков. На переговорах в Париже американские представители стремятся добиться как можно более почётных условий вывода своих войск из Вьетнама. Ставка делается и на политику устрашения. С 25 декабря 1972 года американское командование начинает самую широкомасштабную за весь период войны воздушную операцию против городов ДРВ Ханоя, Хайфона и военных баз вьетнамских войск. Ставка делается на внезапность. Начало операции приурочено ко Дню Рождества Христова, когда обычно американцы не воевали. К операции была привлечена вся имевшаяся у США в Юго-Восточной Азии авиация. Только в первый день налёта палубная авиация со всех 7 авианосцев совершила более 1500 боевых вылетов. Однако, советское и вьетнамское военное руководство были своевременно оповещены о начале массового взлета палубной авиации со всех авианосцев. Источник информации - мрзк "Курсограф" (командир корабля О.Д. Тульчинский, командиры групп ОСНАЗ капитан - лейтенант В.Г. Козлов, старший лейтенант В.А. Карев). Корабль находился в центре боевого порядка 77-го оперативного соединения. Это позволило своевременно привести всю систему ПВО ДРВ в полную боевую готовность. За 12 дней на города Северного Вьетнама было сброшено более 100 тысяч бомб. В свою очередь силы ПВО ДРВ сбили 80 американских самолётов, в т.ч. 23 стратегических бомбардировщика "Б-52". Под давлением общественности и вследствие серьёзных поражений в войне правительство США было вынуждено 27 января 1973 г. подписать в Париже Соглашение о прекращении войны и полном выводе американских войск из Вьетнама. Февраль-апрель 1973 года. Американцы после завершения войны против ДРВ перенесли свои боевые действия в район Южного Вьетнама, куда были направлены все авианосцы. В соответствии с Парижским соглашением по Вьетнаму 1973 г. 7 флоту США предстояло провести разминирование фарватера и подходов к Хайфону. Эта операция получила название "Энд Свип" ("окончательное траление"). Было сформировано минно-тральное соединение в составе вертолетоносца "Окинава" (флагман), десантно-вертолетных кораблей-доков с вертолётами-тральщиками, десантных кораблей, немагнитных тральщиков, кораблей охранения и судов обеспечения. Всего соединение насчитывало около 50 кораблей и судов. Основные силы, решавшие боевую задачу траления, - переоборудованные десантные вертолёты "Си стэльен" с гидроакустическими и магнитными тралами на борту и немагнитные (неметаллические) корабли-тральщики. Была развёрнута высокоточная трёхкоординатная система радионавигации "Рэйдист". Это была проведенная впервые в истории всех флотов мира операция по вертолётному тралению на море. В соответствии с приказаниями Главнокомандующего ВМФ и командующего ТОФ в Южно-Китайском море и Тонкинском заливе в районе минного поля у Хайфона был сформирован оперативный отряд ТОФ под командованием командира 38 бригады разведывательных кораблей капитана 1 ранга Д.Т. Лукаша в составе мрзк "Анероид" (флагман), "Протрактор", "Курсограф", "Барограф", "Гидрофон", морских тральщиков МТ-4 и МТ-5 в обеспечении танкера "Владимир Колечицкий". Основными задачами отряда были: - вскрытие деятельности американского минно-трального соединения, тактики боевого траления, применения новых сил и средств траления, боевых возможностей и ттх поставленных мин; - оценка результатов траления и своевременное оповещение российских судов о минной угрозе. С этими задачами оперативный отряд успешно справился, несмотря на серьёзную минную угрозу. По окончанию операции "Энд Свип" советское и вьетнамское военное руководство уже располагало исчерпывающими данными о результатах операции. В середине марта 1973 года первый советский теплоход "Пионер Марат Казей" покинул Хайфон и на выходе встретился с мрзк "Курсограф". И первое, что передали советские моряки теплохода разведчикам, это были карты минных постановок, безопасных фарватеров и обломки сбитого самолёта В-52. 31 декабря 1974 года последний разведывательный корабль (мрзк "Курсограф") вернулся в базу из Тонкинского залива. Так закончилась славная "вьетнамская" эпопея бригады. А 1 мая 1975 года моряки-разведчики с удовлетворением смотрели по телевидению освобождение Сайгона, ликвидацию южновьетнамской марионеточной администрации и бегство американцев на вертолётах с крыши американского посольства в Сайгоне. В воздушных боях над Вьетнамом за все время войны американская палубная авиация сбила 62 вьетнамских самолета. Рекордсменом стал авианосец CVA-64 "Констеллейшн" -- на его счету 15 воздушных побед. Второе и третье места -- у ударных авианосцев первого поколения: истребители с "Бон Омм Ричарда" сбили 12 машин (2 МиГ-21 и 10 МиГ-17), с "Мидуэя" -- 8 (2 МиГ-19 и 6 МиГ-17). Летчикам с "Корал Си" засчитали 5 самолетов МиГ-17, с "Хэнкока" -- 3, с "Тикондероги" -- 1. Авиагруппы "Орискани" и "Интре****" уничтожили по одному МиГ-21 и одному МиГ-17. Потери американской палубной авиации составили 526 самолетов и 13 вертолетов, не считая 193 самолетов и 270 вертолетов корпуса морской пехоты. 591 американский летчик попал в плен (Данные взяты из официального издания Морского исторического центра департамента ВМС США "United States Naval Aviation 1910-1995" (Washington, 1997)). Рисковали ли моряки-разведчики, находясь в зоне боевых действий? Безусловно. Наши корабли были хорошо известны американцам, но они их не трогали, так как наши корабли действовали в экстерриториальных водах. Кроме того, существовало негласное обоюдное правило: корабли-разведчики не трогать. Тем не менее провокационные действия по отношению к нашим кораблям были: - в сентябре 1967 г. на мрзк "Анемометр" ("Керби") в Южно-Китайском море американским рзк "Боннер" был совершён преднамеренный навал. При этом оба корабля серьёзных повреждений не получили. На мрзк "Керби" был погнут фальшборт в районе полубака; - 1968 г. преднамеренный навал на наш рзк "Измеритель" американским рзк "Боннер" в Южно-Китайском море с целью вытеснения из района разведки; - 3 октября 1969 г. Обстрел рзк "Гидрофон" южновьетнамскими патрульными катерами в районе разведки у побережья Южного Вьетнама, в результате чего на корабле возник пожар, была разбита часть аппаратуры, но личный состав не пострадал. Образец мужества и героизма в этой сложной обстановке проявил весь экипаж корабля, а наиболее отличившиеся были награждены медалью "За боевые заслуги"; - декабрь 1969 г. Обстрел рзк "Протрактор" южновьетнамским патрульным кораблём вблизи террвод Вьетнама в Тонкинском заливе. В результате обстрела был ранен в ногу матрос А.Н. Лебедев. Корабль получил 16 пулевых пробоин в борту выше ватерлинии, отошёл мористее и продолжал выполнять задание; - апрель 1970 г. Пытаясь выдворить рзк "Пеленг" из района слежения за авианосцем, палубный штурмовик "Скайхок" произвел бомбометание по курсу движения корабля по носу и корме на удалении 1-2 кабельтовых от корабля. Прямых попаданий и повреждений рзк не имел; - апрель 1973 г. В период разведки траления морских мин в ходе операции "Энд Свип" один из американских морских буксиров имитировал таран рзк "Анероид", стоявшего на якоре на фарватере минного поля с включенными якорными огнями. Буксир прошёл в нескольких метрах по носу нашего корабля, задевая лопастями своего винта якорь-цепь рзк. Но "на войне, как на войне". Был случай, когда наши моряки с рзк "Курсограф" подняли на борт случайно выпавшего за борт штабного корабля 7 флота "Блю Ридж" моряка. За это они получили благодарственное письмо и подарки от имени командующего 7 флота США. Были случаи и несанкционированного спасения в Южно-Китайском море южновьетнамских беженцев. Много чего было. И каждый из участников этих событий может многое рассказать.....ашttp://artofwar.ru/k/kolesnik_n_n/text_0370.shtml

....о как оно.... "Седина в бороду, бес в ребро"?Анекдот в тему:- Мама, я женюсь!- Ой, ну слава Богу, сынок!!! И как её зовут?- Вася...- ТАК ЭТО ЖЕ МАЛЬЧИК!!!- Фигасе, мальчик - 29 лет!!!! неа... Снова к великому сожалению не складывается - у жены отчеты до конца месяца (полгода закрывают - завал - на пару часов раньше не уйти), а в августе.... А в августе посетим Крым... Если Саныч всё не стрескает и не спрячет из холодильника - что-то из Байкало-Камчатского у него отведаем...

Слева Черное море справа Мраморное?

ПРИСОЕДИНЯЮСЬ!!!! Всех менжинцев с Днем Корабля!!!!

От Якутска до Байкала даже по прямой 1,5 тысячи верст... Саныч, чем там тебя пытаются отравить наследники?

о-о.... Иванчик и Модин оплачивают Сатышева.... А я - Чистякова А.А. Даешь на каждого члена экипажа по ДВА приглашенных?Целесообразность устраивать вселенский геволт из нашего юбилея?

Саныч - а кто был при формировании экипажа, на перелете, при приемке на заводе и на ходовых-госах? Иванова-четвертого нам ведь на переход дали? ...комсомольцем он был на ней... По моему так... Я тож в Балаклаве не был... И шо?А Архимед без Румына в гости не ходит... Так шо Серега записывай в гости и своего оппонента - Вадика Румына с ДЗ...

А кто у нас был представителем ОО?..

Писал ранее и пишу снова - Сан Саныча Чистякова необходимо пригласить... Все его знают тут? И Папеллу надо пригласить... Хотя он и член экипажа... Те - надо оповестить его о большом сборе...Саныч обещал подумать кого из заводских можо подтянуть на юбилей... Подумал за 4.5 года?

Леха вчера всем желающим шелбаны раздавал в Парке Победы?

ЭКИПАЖ КРАСНОЗНАМЕННОГО С ПРОФЕССИОНАЛЬНЫМ ПРАЗДНИКОМ! СЕМЬ ФУТОВ, ЗДОРОВЬЯ, УДАЧИ И ДОСТАТКА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

СЛАВНЫЙ ЭКИПАЖ С 95-ой ГОДОВЩИНОЙ ПОГРАНИЧНЫХ ВОЙСК!!!!ВСЕМ ЗДОРОВЬЯ И УДАЧИ, ВСЕХ БЛАГ!!!!!!!!!!!!!

ВСЕХ ПОГРАНИЧНИКОВ ВСЕХ ВРЕМЕН - С ДНЕМ ПОГРАНИЧНИКА!!! Чистой всем КСП И СЕМЬ ФУТОВ ПОД КИЛЕМ!!!! МЫ- ЛУЧШИЕ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

...лица людей, измученных "Нарзаном"...

По картам виза и мастеркард Сбербанка России в украинских банкоматах "Сбербанк Россия" комиссия не взимается. С карт маэстро могут снять 1% от суммы за снятие.Снимаются проценты за КОНВЕРТАЦИЮ!!!!

В Крыму большая сеть "Сбербанк России", курс при снятии с российской карты гривни - выгодней чем в обменнике...

ашttp://www.newsru.com/russia/21may2013/util_print.htmlДве самые тяжелые в мире российские подлодки отправляют в утиль - дешевле построить новыеПринято окончательное решение вывести из состава ВМФ России и утилизировать два из трех самых тяжелых в мире ракетных подводных крейсера стратегического назначения. Речь идет о подлодках проекта 941 класса "Акула" - "Архангельск" и "Северсталь", выведенных из боевого состава флота еще несколько лет назад, сообщает ИТАР-ТАСС со ссылкой на некий осведомленный источник в российском ОПК, занимавшийся судьбой субмарин.Третий ракетоносец - "Дмитрий Донской", модернизированный для испытаний многострадальной ракеты "Булава", решено оставить в строю до 2017 года, затем по нему примут отдельное решение, поведал неназванный источник агентства."Решение о списании и утилизации "Архангельска" и "Северстали" принято исключительно по финансовым соображениям, поскольку только поддержание в нормальном состоянии систем их жизнеобеспечения требует непомерно больших финансовых расходов. Экономически нецелесообразна и их модернизация - капитальный ремонт с модернизацией одной "Акулы" обойдется дороже, чем строительство двух новых "Бореев", - пояснил источник.Утилизацией "Архангельска" и "Северстали", будет заниматься Росатом, сделать это планируется в течение 2016-2020 годов, сообщает "Интерфакс" со ссылкой на источник в кораблестроительной отрасли. "Минобороны к этим субмаринам уже не имеет никакого отношения", - отметил собеседник агентства.В случае принятия решения об утилизации "Дмитрия Донского", это тоже может быть сделано в тот же период, добавил источник.В Минобороны ранее отмечали, что переоборудование трех оставшихся подлодок этого класса будет стоить слишком дорого. Хотя на "Севмаше" заявляли о готовности переделать их в подводные танкеры-газовозы или всесезонные морские грузовики.Подлодки-рекордсмены"Акулы" считаются "одними из самых тихих" и неуловимых для радаров и предназначены для уничтожения надводных и подводных кораблей противника. Эти лодки имели боекомплект из 20 ракет, где на каждой было по 10 разделяющихся головных частей индивидуального наведения.Всего было построено шесть лодок. Седьмую, заложенную на стапеле "Севмаша", решили в итоге не достраивать. Три лодки уже утилизированы в рамках российско-американской программы "Совместное уменьшение угрозы". "Северсталь" была выведена в резерв в 2004 году, "Архангельск" - в 2009 году.Договор СНВ-3 между Россией и США, вступивший в силу в феврале 2011 года, предполагает снятие всех АПЛ проекта 941 "Акула" (по классификации НАТО - Typhoon) с боевого дежурства.Подлодки класса "Акула" - самые большие из когда-либо построенных подводных кораблей, они удостоились попадания в книгу рекордов Гиннеса. Их длина составляет 172 метра, ширина - 23,3 м., осадка - 11,5 м.Внутри стального легкого корпуса располагаются два прочных корпуса диаметром по 7,2 м., разделенных каждый на восемь отсеков. Между ними - три прочных модуля: носовой с шестью торпедными аппаратами калибром 533-мм, кормовой и центральный пост. От такого "катамаранного" расположения корпусов и необычная большая ширина лодки.Проект 941 разработан в ЦКБ морской техники "Рубин" в Санкт-Петербурге.

ашttp://www.vz.ru/society/2013/5/18/633156.htmlВертолетоносец класса «Мистраль» возглавит Средиземноморскую эскадру РоссииПо неофициальной информации, один из двух вертолетоносцев, строящихся во Франции для России, получив имя «Севастополь», станет флагманом средиземноморского соединения ВМФ. Ранее вице-премьер Дмитрий Рогозин утверждал, что «Мистрали» можно использовать только в теплых водах. Впрочем, официального подтверждения эта информация пока не получила.В рамках создания в Средиземном море постоянной группировки ВМФ России в Минобороны решено определить флагманским кораблем соединения «Севастополь» – один из двух вертолетоносцев класса «Мистраль», строящихся по заказу РФ на верфи Сен-Назер во Франции. Об этом сообщает «Интерфакс» со ссылкой на источник в военном ведомстве.«Севастополь» поступит на Черноморский флот не раньше 2017 года и будет базироваться в Новороссийске. Для него в порту к этому сроку Спецстрой должен подготовить инфраструктуру. Группировку в Средиземном море разные источники называют по-разному: кто-то эскадрой, кто-то соединением. В штатной ситуации в ней будет всего пять-шесть кораблей, что флотом назвать очень трудно. Впрочем, по словам главкома ВМФ адмирала Виктора Чиркова, в случае необходимости численность можно и нарастить – за счет судов Черноморского флота.«Численность постоянного соединения ВМФ для действий в Средиземном море – это не константа, число кораблей может увеличиваться в зависимости от объема поставленных задач. Так, если потребуется выполнять задачи этой группировкой в Атлантической зоне, то ее численность может быть увеличена», – цитирует Чиркова ИТАР-ТАСС.«Летом – осенью этого года корабли Балтийского флота будут участвовать в составе межфлотской группировки кораблей Северного и Черноморского флотов в дальнем океанском походе в Средиземное море и Атлантический океан, в ходе которого выполнят ряд учебно-боевых задач, в том числе проведут учения с ракетными и артиллерийскими стрельбами в масштабе группировки», – сказал Чирков.Он отметил, что этот опыт пригодится балтийцам, когда будет создано постоянное соединение на Средиземном море. «Мы планируем, что это соединение полноценно, с полным объемом решаемых задач, начнет функционировать в средиземноморском регионе в конце 2014 – начале 2015 годов. К тому же времени будет полностью сформирован и штаб этого соединения», – добавил главком.До прихода «Севастополя» функцию корабля управления оперативным соединением будет выполнять флагман ЧФ ракетный крейсер «Москва».Напомним, контракт на строительство двух «Мистралей» во Франции Москва и Париж подписали в июне прошлого года. Два судна должны быть построены во Франции, еще два Россия может по лицензии построить сама. Сумма договора составила 1,2 млрд евро. «Мистрали» будут носить названия «Владивосток» и «Севастополь». Кроме того, на этих судах установят новейшие российские системы вооружения ударного и оборонительного назначения, в том числе сверхзвуковые крылатые ракеты.Идея закупки кораблей этого типа вызвала бурные дискуссии в России. Активно критиковал «Мистрали» вице-премьер Дмитрий Рогозин. В частности, зампред правительства по оборонке сетовал то на невозможность использования «Мистралей» в холодных морях, то на проблемы с топливом и горюче-смазочными материалами. Ему же не раз приходилось говорить, что отказаться от двух первых «Мистралей» Россия уже не может – таковы условия соглашения. Впрочем, впоследствии, сменив гнев на милость, Рогозин назвал спекуляцией сообщения о неминуемых проблемах с ГСМ.Подробно о создании оперативного соединения кораблей в Средиземном море в Минобороны заговорили в конце февраля. А уже 11 марта было объявлено о формировании в Средиземном море оперативного соединения на постоянной основе. 5 апреля отряд кораблей Тихоокеанского флота направился к Суэцкому каналу.Некоторые эксперты не исключают, что разместить у себя Средиземноморскую эскадру России предложит Израиль. По мнению президента Института Ближнего Востока Евгения Сатановского, это может быть сделано в обмен на согласие России «не менять баланс военных технологий и снаряжений на Ближнем Востоке и не продавать С-300» сирийцам.«Сейчас стоит вопрос о Средиземноморской эскадре России, где она будет базироваться». Рядом Хайфа, не случайно туда только что заходил десантный корабль «Азов» – впервые в истории», – отметил эксперт. Напомним, в настоящий момент российские военные присутствуют в Сирии на арендуемой военно-морской базе Тартус. Однако в Сирии уже третий год идет гражданская война, поэтому судьба базы в Тартусе остается под вопросом.Впрочем, официального подтверждения новость не получила. Источник другого агентства – РИА «Новости» – в главкомате ВМФ опроверг эту информацию. «Никаких решений о приеме в состав Черноморского флота кораблей класса «Мистраль» не было и нет. Речь может идти о том, что в дальнейшей перспективе корабли этого класса могут выполнять функции штабного корабля или корабля управления в составе межфлотских группировок в различных регионах Мирового океана, в том числе и в составе постоянного соединения в Средиземном море», – уточнил собеседник агентства.По его словам, «Мистрали» предназначены для управления и имеют для этого все необходимые возможности. При этом он напомнил, что построенные для России «Мистрали» будут базироваться на Тихоокеанском флоте.Текст: Наталья Журавлева

БРАТИШКИ, С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!!!! :birthday: ОТДЕЛЬНЫЕ ПОЗДРАВЛЕНИЯ ВИТАЛИКУ БАЧЕНИНУ!!! ДОГЛГИХ ЛЕТ ЖИЗНИ, УДАЧИ ВСЕГДА И ВО ВСЕМ, ВСЕХ БЛАГ!!!! СЕМЬ ФУТОВ!!!!!!!!!!!!