Условный рефлекс.
«Условный рефлекс - закономерная реакция организма на ранее индифферентный раздражитель» - Это не я умничаю, это эпиграф такой.
- Алё, комендатура! А куда все ваши связюги делись? Почему на работу не вышли?
- Вот блин, Вольфом тебя через Мессинга! Слышь, Ильдарчик, а ты-то откуда про это знаешь? Али после третьего стакана телепатом стал? Нас самих только два часа назад просветили…
Гм… Оценить всю пикантность начавшегося диалога, можно только вдумчиво оценив прелюдию, случившуюся за полтора месяца до этого звонка…
А полтора месяца назад, имело место быть следующее. Решили отцы-командиры новую линию связи проложить. По научному – ПВЛС, а для тех, кто не в курсе, просто кучу столбов в сопках понаставить и к ним провода прикрутить. Дабы тем самым еще более упрочить тот замок, что на границе висит. Собрали ограниченный контингент связистов, а так же тех, кого эти отцы связистами посчитали, обозвали все это общество «колонной связи», да в сопки их и наладили.
Та еще работенка была! Загрузить полный кузов новеньких, аккуратненьких опор (ну это те самые столбы, опять-таки по научному), отвезти их на место, максимально приближенное к будущей трассе, выгрузить, взвалить на свои могучие плечи, и невзирая на вяло плавящийся под солнцем креозот и бодро летающий в округе гнус, доставить это богатство к месту будущей дислокации. После чего, начать придавать столбам вертикальное положение, методом введения их в ямы, выкопанные в земной поверхности.
А поверхность та в Заполярье четко делилась на две части. Гранитные сопки, поросшие противным, скользким мхом и очаровательные болота между ними. Ну, с болотами все более-менее просто, хотя очень мокро и грязно – выкопал яму, засунул в ту жижу толстый конец опоры, принесенными камнями завалил, утрамбовал, вытряхнул гнус из портянок и дальше побрел, к славным трудовым свершениям. А вот с сопками потрудней было. Долбить камни куском толстой проволоки, в просторечии называемым ломом, занятие малоприятное, хотя и значительно менее гнусоконцентрированное и портянкопромокательное. И с прекрасным пейзажем вокруг! Машешь ломом и эстетствуешь окружающие красоты, Эстетствуешь и машешь…
Словом, по ведру пота каждый день, и сроки очень сжатые. И без выходных, потому как лето в тех краях очень короткое, успеть надо много, да и гнус каждый день есть хочет. Сами понимаете, при таком раскладе подвоз опор на расстояние, максимально близкое к месту их установки, становилась одной из главных задач. И вот тут-то на сцене и появляется тот самый прораб. Очень впечатляющий персонаж! Ильдаром его звали. По пятому пункту - татарин, да к тому же размерами с Челубея и его лошадь одновременно! С кулаками, еле влезающими в строительную каску, ну и такой же умница. А самое впечатлительное в нем было, что перемещал он свое тело в пространстве на чуде тогдашнего автопрома – «Запорожце». Том самом, что «ушастым» прозвали…
Это надо было видеть! Прораб занимал почти весь внутренний объём своего авто, да так, что кроме него туда только пара хоббитов могла влезть, куда-нибудь в район задней торпеды. Кресло водителя было максимально сдвинуто назад, и все равно коленки из-за руля торчали, да и волосатые лапы, сжимающие колечко этого самого руля, тоже производили неизгладимое впечатление…
И при всем этом прораб очень любил свою машинку. Совсем как ослик Иа свой горшочек из-под меда. Он даже каждый день мыл ушастого и всячески его холил и лелеял. Одна беда – он парковал его перед входом в свой вагончик на стройплощадке. Они там чего-то вялотекуще строили, то ли ангары, то ли бараки какие, в общем чего-то одноэтажное, но очень здоровое по площади. Грязь, мусор, бардак – все как всегда на стройке. Один только плюс у всего этого противного пейзажа был – он очень близко к нашей трассе располагался, ну прямо подарок судьбы! Вот и повадились бравые связисты через эту площадку столбы возить. И вот тут…
И вот тут и появилось препятствие в виде Запорожца – он стоял прямо на пути грузовика! И объехать никак - с одной стороны облезшая резиденция прораба, а с другой художественно выполненная свалка каких-то плит, блоков и свай. Бетонный бурелом, короче.
Тащить на себе лишнюю сотню метров, столбы под креозотным соусом, стахановцев не нашлось, но зато нашелся языкастый парламентер для переговоров с прорабом. Сей дипломат, бодро выпрыгнул из кузова и направился на поиски счастливого запоровладельца…
А когда нашел его да рот раскрыл, на предмет чтоб ушастого перегнать в другое место, то сразу был послан туда, куда сбегать не смог бы по чисто физиологическим причинам.
Приведенные в ответ аргументы, в виде взглядов парламентера на происхождение всех прорабов вообще, и этого Ильдарчика, в частности, впечатления не произвели.
А наоборот, на чистейшем прорабском языке, было высказано мнение о том куда именно эти столбы засунуть надо и чего там с ними сделать.
В пламенной ответной речи парламентер высказал все свои пожелания касаемо будущности оппонента, как ближайшей – вот прямо сейчас и вот в ту яму, так дальнейшей - на своем Запоре вот под тот БелАЗ, и обязательно с разбегу.
После чего переговоры как-то сами собой заглохли…
Чего совсем не скажешь о желании переместить грузовик со столбами на сотню метров дальше. Но нашли-таки выход - лень вообще здорово мыслительную деятельность стимулирует, я в связной голове, так просто целую научно-техническую революцию производит. Связюги высыпались из кузова, обступили любимого зверька прораба и без особого напряжения сфинктеров, приподняли да и перенесли его в сторонку. Надо отметить что по чистой случайности, авто поставили между бетонным столбом, со ржавым прожектором наверху, и стеной прорабского вагончика. Да так, что задний бампер оказался сантиметрах в тридцати от стенки, а передний на точно таком же расстоянии от столба. Полюбовавшись своей работой и ехидно ухмыльнувшись, все дружно двинули дальше…
Прораб, несомненно имевший телепатический контакт со своим лимузином, сразу засек плаксивые нотки исходившие от его чада и тут же примчался к запертому между вагончиком и столбом пленнику. Чего он там орал слышно не было, но скачки вокруг машины и всем понятные жесты в сторону связистов видны были очень хорошо. Что только убеждало их в правильности выбранного метода воспитания прорабов. Где-то, через полчаса половецкие пляски закончились, и прораб повалил куда-то с очень задумчивым видом. А вернулся уже не один – у него в кильватере топал сторож с этой стройки, внешне такой же бабуин, только рожа более славянская, и соответственно, более пропитая.
Оба брата-близнеца, взяли Запор за передок и тоже не особо напрягаясь, развернули его на девяносто градусов, после чего довольный прораб засунул себя в авто и покатил куда-то, а сторож повалил сторожить банку с брагой дальше.
На следующий день Запорище опять стоял на пути прогресса, т.е. мешал проехать грузовику. Не сговариваясь все выпрыгнули из машины и без малейших раздумий переместили ушастого между прожектором и стенкой, ухмыльнулись и спокойно поехали дальше. Прораб тоже особо не раздумывал, а сразу за сторожем порыл. Пришли, развернули, разбежались…
На следующий день та же история: выпрыгнули-переместили-поехали, в ответ, пришли-развернули-разбежались…
Так и пошло… Каждый день…
Особую пикантность этому противостоянию придает тот факт, что никто из противников при личной встрече никогда и словом не обмолвился о приключениях Запора, а только завсегда раскланивались, улыбались пошире и желали друг другу всяческих благ. В большой надежде, что противник первым сломается и прекратит над ушастым издеваться. Кто кого, одним словом, первым утомит. На принцип все поперли…
Так и прошло полтора месяца, в связных трудах и неусыпных заботах о Запорожце. Спокойно работали и заботились бы дальше, но тут нам счастье привалило – проверка из Округа. Решил, знаете ли, окружной политотдел поинтересоваться, как бессмертное, основополагающее Учение сказывается на скорости прокладки линии связи. Ну, то самое Учение, которое трехбородое – две бороды лопатой и одна бородка клинышком. Их еще всегда рядом рисовали. Да и в самом деле, чего не поинтересоваться – природа заполярная очень к тому располагает. Семга, икорка свежайшая, морошка, грибочки всяческие и огромное радушие принимающей стороны…
Вот и приехал проверяющий. Посмотреть, как мы тут, на краю глобуса, политически развиваемся. И для начала конспекты оценить пожелал. Мол, завтра приеду и погляжу, как вы родину любите!
Но местный Замполит тоже не растерялся – быстренько собрал со всех по три копейки, метнулся в «Культтовары» и прикупил школьных тетрадок. После чего, вместо работ загнал всю колонну в Ленинскую Комнату и отворил кладезь своего красноречия, дабы в трехкопеечные тетрадки хлынул концентрат трехбородого Учения. Причем основной упор делался на мысли бородки клинышком, а лопатообразность упоминалась только в качестве бесплатного приложения к материалам последнего пленума.
Лафа-а-а-а-а-а!!! Ведь куда приятней всякие непонятные умности в тетрадку записывать, чем гнус кормить, да атлантов с опорами изображать…
И вот тут-то и происходит тот самый звонок обеспокоенного прораба:
- Алё, комендатура! А куда все ваши связюги делись? Почему на работу не вышли?
- Вот блин, Вольфом тебя через Мессинга! Слышь, Ильдарчик, а ты-то откуда про это знаешь? Али после третьего стакана телепатом стал? Нас самих только два часа назад просветили, что мы сегодня выходные.
- Вот, блин - (следует ненормативная прорабская лексика – вырезано цензурой. Прим. Авт.) - А я уж думал чего случилось! Ну, слава Богу, все живы-здоровы, а то я уж переволновался весь…
- Слышь, а ты как узнал-то что нас нет на участке?
- То есть, как узнал? Вы же мне машину сегодня НЕ ПЕРЕСТАВИЛИ!!!
Видел, но не общался.... Это он Гаррика (л-та Горячевского) сменил?