GrayWolf

да не - торможу, как на учебке!пора мне сниматься с ручника-то!

эх...

Привет всем!Кострома, так наши с семёрки и есть Муля и Миша Рзянин!Мы же с Мелким первую неделю службы (сентябрь 1987) на "семёрке" провели, только много народу оказалось, и нас в горы перебросили.Александр Витальевич, если помните, прошлое 28 мая - ресторан Шубада? Вы были с супругой и дочерью?Я Сергей.

Поздравляю всех нас и родителей форума с днем рождения. Три года, это хорошая выдержка! У меня же есть небольшой подарок (с отсрочкой правда). Благодаря этому форуму я написал книжку и, вот буквально позовчера, из переплетной мастерской забрал location=\'http://www.ljplus.ru/img/g/r/graywolf_kabkel/buk.jpg\'script>');" title='3 пилотных экземпляра'>3 пилотных экземпляра. Если бы ни pogranichnik.ru, книжки бы не было! Гоша, Алёнка, СПАСИБО!!!

Постараюсь у памятника быть, об остальном пока рано решать.(бэдж есть)

Про бартер Если б не взаимопомощь соседних подразделений, представить даже не могу, как тяжело было бы заставам, разбросанным по всем непроходимым окраинам нашей необъятной во все времена Родины. Без лишнего пафоса можно сказать: объять нашу Родину могут только пограничники и только благодаря тесному взаимодействию. Вот, к примеру, случай. Банька у нас была худая. Да и не банька вовсе, а так, помывочное помещение с подогреваемой водой. А у соседей на Омекуре начальник только что справил такую знатную баню, что всем баням баня. И предбанник с простынями и парная в три яруса с камнями и термометром. На открытие капитан Слепчук пригласил нашего начальника с замполитом и первого со вторым номеров с Оригинального. Что уж за разговоры они там в парной вели, что пили, нам не известно, но кардан, возивший их, вернулся с видом загадочным и предостерег о грядущих переменах. Оказалось, обменявшись рецептами счастья, наш НЗ и омекуровский сговорились о бартере: пока мы баню закрываем на капитальную реконструкцию, Омекур принимает наш личный состав по воскресеньям на помывку, за что мы откомандировываем своего молодого хряка на осеменение омекуровских хрюшек. Так начальство порешило, а исполнять-то нам. Приказ "отвезти Борьку к соседям" только звучит тривиально. Он же не предусматривает дикий нрав и спартанское воспитание половозрелого 100-килограммового хряка. Обсудив с прапорщиком план действий, мы сняли волейбольную сетку и собрали всех свободных от службы на спортгородке. Часовой с вышки доложил о дислокации на мусорнике табуна свиней, рабочий по кухне вбросил отрубей для локализации противника. Особая группа из состава кавалерии отсекла Борьку от табуна и c ухищрениями погнала на заслон, вооруженный сетью. Борька сразу понял, что дело не чисто. Умело маневрируя и используя складки местности, он легко обошел заслон. Вовремя закрыв ворота на хоздвор, мы перешли в наступление. Разделившись на две группы, под жестким командованием прапорщика Агаева, блокировали объект, направив его точно на сеть. Борька, взрыв копытами землю, метнулся напролом, очевидно рассчитывая на психологический эффект. Заслон не дрогнул и не отступил, еще сильнее натянув сеть. Хряк, оставляя за собой шлейф пыли, молниеносно сблизился с заслоном, но в последний момент совершил фантастический прыжок, перемахнув не только сеть, но и побледневшего от ужаса Арчакова. - Куда смотрите, уроды! - орал Агаев, - головой думать надо, это вам не в шахматы играть! Борька, широко расставив передние ноги, наблюдал за перегруппировкой сил, поднимая пыль струями выдыхаемого воздуха. Атака повторилась с коррекцией, но противник в последнюю секунду лег на грунт, прокатившись кубарем под сетью. Агаев схватился за пистолет. - Товарищ прапорщик, приказано живым брать! - Я вас всех, сучьи дети, перестреляю! – орал старшина. Положение становилось отчаянным, силы таяли у обеих сторон. Атака за атакой проходили всё с меньшим рвением, сопровождаемые всё более яростным матом старшины. Когда вновь копыта подняли пыль, а загоняющая группа с рёвом рванула сжимать фланги, Частников на Шишиге перекрыл отступы в балку, а со стороны конюшни с оглоблей в руках бежал недавно сменившийся часовой... Патовую ситуацию в последнюю секунду разрешил Арчаков, отделившись от заслона и бросившись под ноги озверевшему в конец животному. Хряк был вынужден прыгнуть раньше расчетной точки. Оттолкнувшись копытами от Арчакова, принесшего себя в жертву, Борька взмыл... но неумолимые законы баллистики и аэродинамики направили его тело прямо в сеть! Удар повалил троих солдат, державших её, подоспевшие загонщики попрыгали сверху, образовав шевелящийся ком. Руки, ноги, погоны, бритые головы... Борька выл от досады и ужаса предвкушения беды. Мы плакали от счастья, победы и тяжести друг друга... С каждым вздохом хряк подбрасывал образовавшуюся кучу тел... Дальше всё было просто. Спелёнутое тело обмякло. Стреноженный ремнями и поднятый над головой, Борис был погружен в кузов Шишиги и с первой партией солдат отправлен на Омекур. Баня была великолепной! Соседи от души протопили парную, поделились вениками, заварили мяты и поставили в предбанник свежий цинк от патронов в качестве пепельницы. Смыв пыль и потирая ссадины, мы сидели на полках и разбирали по деталям опыт прошедшего боя. А когда вышли на двор, обнаружили ошалелого Борьку, окруженного обалдевшими от счастья омекуровскими свиньями. Его работа только начиналась.

спасибо за добрые словаЕли свинок, еще как! Но об этом в части 4 будет, которая еще не написана =)

Часть 1 Про дикое свинство Жизнь на границе состоит отнюдь не только из дозоров и тревог, она многогранна и насыщена большим количеством забот и обязанностей. Довольно много эмоций приносит подсобное хозяйство – подхоз. У нас по меркам отдаленной заставы было небольшое хозяйство. Три коровы, пять свиней. Птицу не держали, огород каменистая почва не позволяла иметь. Потому и специалистов на подхозе не было. За коров отвечала кавалерия, а свиньями вообще никто не занимался. В результате были у нас свинки дикорастущими, гуляли сами по себе, пропитание добывали как придется. Вынесет повар помои на мусорник – праздник да пир. А не вынесет, так что ж, с голодухи помирать? Вот и росли они закаленными, жилистыми и на удивление изобретательными. Поначалу я даже думал, что это особая порода гончих свиней. Да и как не подумать, если видишь, с какой скоростью они уходят от собак, перепрыгивая заборы, в вираж ложатся не хуже борзых. Одно загляденье. Как-то на построении в ПХД стоим на плацу. НЗ нас распекает за курение в сушилке, бычки у крыльца и прочие мелкие шалости. В это время со стороны ДОСа выходят наши свинки и, деловито похрюкивая, начинают раскапывать клумбу под флагштоком. Обычная картина. Естественно, внимание личного состава тут же переключается на животных, забавно выковыривающих розовыми пяточками корешки, трогательно общающихся друг с другом. Начальнику не понравилось, что интерес к его словам пропал, повернувшись к старшине приказал: "Убрать это с плаца!". Старшина хмыкнул и скрылся в канцелярии. Через мгновение появился на крыльце с взрывпакетом в руке, поджег фитиль и бросил на клумбу. Начальник скомандовал: "Застава, кру-у-гом!" Прогремел взрыв, крайних в строю обдало пылью. Свиньи с истерическим визгом попрыгали через дувал. Наглядность происшедшего повергла начальника в раздумье: "Непорядок. На заставе не должно быть ничего бесполезного. Даже Дёмка, безродный пёс, и тот по ночам помогает часовому службу нести. А какой толк от прыганья через дувылы? Никакого! Свиньи, по идее, они ж обязаны мясо наращивать, а не дистанции бегать." В тот день прозвучал приказ: "Приручить свиней!" А из отряда была выписана стройшара для возведения свинарника, а заодно и надстройки дувалов до двухметровой высоты. Часть 2 Про порядок на рытьё траншеи под канализацию. Мы же тем временем занимались усиленной дрессурой свиней. Первым делом начали прикармливать их в мыльнике, для чего выбросили из него всякий хлам и поставили бадейку. Повар регулярно носил в неё пищ-отход. После ревизии овощника всю гнилую картошку и морковь снесли туда же. Хрюшкам наша инициатива понравилось. А как же, это ж не по горным кручам скакать в поисках пропитания и ни с риском для жизни разорять местные табачники. Зимой, так страшно вспомнить, уголь каменный грызть приходилось, чтоб не подохнуть. А тут такая благодать! Поправляться стали, остепенились, перестали шарахаться от людей и прыгать через заборы. Да и на хоздворе порядку стало побольше. Начальник даже приказал вкопать в землю бочку, чтобы всякий сухой мусор не разносило вокруг. А что, логично, заполнился могильник, присыпали землей и вкопали рядом новый. Порядок! Проекты, однако ж, порой бывают не так изящны в воплощении, как в замыслах. Как-то утром кардан побрел на склад ГСМ и послышался ему звук странный, вроде как разговор приглушенный, будто бы из-под земли идущий. Пограничник ко многому привычен, но такое... Неприятно на сердце стало. Начал искать источник звука и наткнулся на свиной зад. Один зад, дергающий ногами, и ничего при нем больше! А из-под земли ворчание! Как так? Побежал на заставу, вернулся с подкреплением. Не мало сил и времени мы потратили, чтобы вытащить из вкопанной накануне бочки несчастное, измученное за ночь беседой с собой, животное. С растёртой в кровь талией и красными от непривычной позы глазами свинья похромала в мыльник с решимостью никогда больше не искать пропитание самостоятельно. (продолжение будет) п.с. Кстати, не знаю, почему мыльник мыльником называется. Кто знает, подскажите.

Две зеленые фигуры движутся по еле заметной тропе вдоль ручья к системе. Дойдя до старого заградзабора с провисшей проволокой, останавливаются передохнуть, маскируются в траве. Здесь тихо, склоны скрывают балку от ветра, поэтому слышно любое движенье. Скоро появится окно, вернее - "форточка", между нарядами, и можно будет начать восхождение. Не привычно налегке. На двоих только два автомата и 100 патронов. Средства связи и СПШ не пригодятся. Даже в карманах ничего нет. Главное - скорость. Осмотрелись, прислушались. Ветер будет в спину, с левого фланга движется черная туча, похожая с одного боку на наковальню. Быть грозе. Жаль, что придет она сюда не скоро и накроет в пути, ударила бы сейчас, за разрядами молний легче было бы пройти систему. Всё, пора! Аскер перепрыгнул через заградзабор и пошел от ручья, пригнувшись, разглядывая нити системы. Где-то должен быть лаз. По информации - на 8-9-ом пролете от ручья плохо закреплена рейка. Найдя нужное место, махнул рукой: - Снимай китель... Кажется, это были его первые слова с утра. Аскер вечно немногословен. Кителями обернули две нижние нити, аккуратно выдернули рейку из противоподкопа. Это чтоб пролезть на ту сторону, не цепляясь за колючку. Без сработки пройти не удастся, поэтому действовать придется как можно быстрей. - Готов? Кивнул. Сердце забилось сильней - к бегу готовится. Аскер взялся за рейку и раздвинул щель между нитями. Кольцо на рейке замкнуло участок. Всё, мосты сожжены! Положив автомат и пояс на землю, быстро проскользнул между кителями, перетащил оружие с подсумками на свою сторону и перехватил рейку, стараясь не размыкать участок. Теперь в лаз нырнул Аскер. Быстрее! В два прыжка преодолели КСП, стараясь прыгать след в след, накидывая на ходу кителя. Первый этап позади. Следующие метров 300 по глубокой балке не просматриваются ни с тропы, ни с вышки. Подъем здесь не крутой, а вот потом... Дальше начинаются стерильные, девственные горы, лишь звериные тропы. Иногда только можно встретить выбеленные солнцем кости мелкой дичи, осколки черепашьих панцирей. Из-под ног то и дело шарахается непуганая живность. Нарядам тут делать нечего, они довольствуются осмотром местности. Балка задирается вверх и змейкой уходит к рубежу. Перешли на шаг. Неожиданно в спину ударила волна холодного ветра, а следом, первые крупные капли взбили пыль на камнях. Лезть приходится по щебню, хватаясь за выступы скалы слева. Еще пара минут, и ударил первый раскат грома. Что такое гроза в горах, поймут разве что летчики, пересекавшие грозовые тучи. Между вспышкой молнии и раскатом грома нет и полсекунды. Да и громом-то это не назовешь: сухой оглушительный треск, будто кто-то огромный высекает искру ударом одной скалы о другую. А через пару секунд приходит эхо, отраженное противоположным хребтом. Инстинкт заставляет прижаться к камням в поисках защиты. Черные клочья туч облизывают горы, несутся по земле с такой скоростью, что кажется - это скала падает вниз, вместе с двумя прижавшимися к ней человечками... К счастью, туча лишь краем захватила участок и, быстро миновав перевал, ушла грохотать в Иран. Времени потеряно не много, наверстать не трудно. Дышится здесь тяжело. То ли усталость сказывается, а может то, что тренироваться приходилось 500-ми метрами ниже. Нужно восстановить дыхание. Два шага на вдох, три на выдох... Пот струится из-под шапки - вдох... Мышцы ног вяжет - выдох. Все по плану, и больше половины пути позади. Автомат, кажется, потяжелел раза в три, плечи жжет раскаленный китель. О прошедшем дожде напоминают только ямки в пыли от капель. Вдыхать хочется чаще, но если сбить ритм, вернуться в колею уже не получится... Вдох... осталось-то совсем чуть... Выдох... уши закладывает... Сколько времени прошло? 40, 50 минут? Выбрались к хребту. Теперь две ползущие по склону точки видны отовсюду, но это финишный подъем. Слева показался черный выступ "Мраморного камня" - высота 2116м, справа плоский подъем, покрытый редкими кустами колючки. Скоро будет видно знаки, перед ними вскопанная полоса - последний рубеж! Даже усталость и боль в легких отступает на последних метрах подъема. Вокруг раскидывается необъятный простор Талышских гор. Зеленые склоны – южные, и желтые – северные. Этот пестрый узор складывается в гигантское смятое полотно камуфляжа, уходящее к горизонту во все стороны. "Сейчас всё закончится! Сейчас будет отдых! Всё позади!" - стучит в висках. И вот, на самых последних метрах пути встает человек в темно-зеленой полевой форме с АКСУ под мышкой. - Стой, пропуск! - доносится со стороны из-под камня. - - - Прапорщик Агаев сделал еще одну затяжку и, раздавив бычок о металлическую подошву приклада, спрятал в коробок. Время выходило. Метрах в десяти ниже от рубежа под камнем замаскировался Колесник – кардан[1]. УАЗик оставили внизу, на площадке "5-6 правого", а в нем майора с комендатуры, не пожелавшего карабкаться на вершину. - Товарищ прапорщик, разрешите курить, - донеслось из-под камня. - Не разрешаю! Скоро назад пойдем, чекуй[2], Колесник! Прапорщик стоял у самого водораздела[3] в паре шагов от скопца[4] знака №100/1[5] и вглядывался в глубь сопредельной территории. Там, внизу, как поломанные спичечные коробки, были разбросаны нищие постройки поселка Люскандере. И никакого движенья между ними. Ни людей, ни собак. Куда деваются эти персы днем? ведь по ночам в поселке горит огонь... - Кажется лезут, товарищ прапорщик! – донеслось от Колесника, и через мгновение – Стой! Пропуск! Прапорщик достал из кармана секундомер и нажал кнопку. К рубежу, пыхтя и отплевываясь, выбрались двое. - Поздравляю, Бижев! – ликовал прапорщик Агаев, - Час и три минуты! Вы побили рекорд майских-85-х на 4 минуты! Аскер схватился за голову: - Ай, й-а-нар-сы-пысссс! – выругался он (по-кабардински это означает что-то из ряда близких отношений с лошадью). Я упал на четвереньки, вдыхая полной грудью поднятую пыль. Кислорода не хватало адски! «И что он ругается, ему на дембель скоро, а мне еще год бегать по новому нормативу!» Да, это был тонкий момент. Прийти на рубеж позже, чем предшественники в прошлом году, было позором – слабак значит. А прийти раньше, значило поставить под сомнение расчет выдвижения заслонов на рубеж для перекрытия движения вероятного нарушителя. Каждый год-полтора проводятся контрольные замеры – расчетно-аналитический метод, для чего отбирается наряд из хорошо подготовленных солдат, досконально знающих участок. По ним и замеряется время выдвижения от системы до рубежа. Получается, что мы с Аскером нарушили... нет, не границу, а порядок перекрытия рубежа. И с сегодняшнего дня он сократился на 4 минуты! [1] Кардан – (пограничный сленг) – водитель. [2] Чекуй – (пограничный сленг) - наблюдай, слушай, бди. Произошло, видимо, от «ЧК», «чекист» [3] Водораздел – линия прохождения границы в горах. Если в этом месте вылить воду, часть её потечет в нашу сторону, часть в сторону сопредельного государства. [4] Скопец – маленький деревянный столбик круглого сечения, вкопанный посередине между нашим пограничным столбом и столбом сопредельного государства. Через скопцы проходит линия границы. [5] Дробные номера имеют промежуточные пограничные столбы. Представляют собой невысокие, квадратного сечения, бетонные или деревянные столбики. Основные же столбы 2м 6см, сечением 22х22см, покрашены в цвета, определенные конституцией государства, с гербом. Поправьте, если в чем наврал. И кто знает кабардинский, тоже =) http://www.ljplus.ru/img/g/r/graywolf_kabkel/asker.jpg Слева - Аскер Бижев, кабардинец, призыв май-86, мой дед. Мне часто пришлось ходить с ним на службу. С таким молчаливым напарником была возможность поразмышлять о жизни, поковыряться в себе.

Андрей, да знаю я =) все равно в ПВ меньше вероятности(топча розовые стекла каблуками)

не туда разговор повели, не туда!и я виноват, извините.Ответить мне.Давайте-таки раскопаем статистику, найдем цифры по следующему запросу:1. пол мужской2. в возрасте 18-20 лет3. погиб, получил инвалидностьи разделить в относительных числах: случаев на человек в процентахв армии / на гражданкедедовщина, беспредел, несчастные случаи, суицид / поножовщины, передозы, пьянка, автокатастрофы, суицидпочти уверен, что число будет сильно меньше единицы.А четыре знака или пять в ВЧ, говорит только о вероятности. В 5-ти значных, как мне кажется, она больше.

комментарий:номер ВЧ пятизначный

Пришиб-87 - раскаленная сковородка.Тяжелая акклиматизация (три ступеньки не в силах преодолеть), несъедобный харч в столовке, изжога от отрядской чернухи, чай из верблюжьей колючки и таблетки от малярии.Унижение - ты больше не человек.Всё бегом, кроме строевой подготовки.Я, будучи худым, нашел-таки 8 кг весу среди своих костей, чтобы их потерять.Зато застава была раем, первый горный снег - счастьем, еда казалась ресторанной, а высокогорный паёк избыточным. Быстро набрал 16кг.И километры тропы в скудной кислородом атмосфере давались легко.Служба медом не казалась, но и в тягость не была. Благодаря учебке!Я считал, что учебка создана для того, чтобы выбить из призывника всё до остатка, до скотского состояния, чтобы на заставе он стал человеком. Наверное, так. Но это самый легкий и незатратный путь воспитания. А ведь можно было уже на учебке воспитать гордость за дело, которому учишься.

ОтецНу и ладушки!Значит мало что изменилось на кордонах (в хорошем смысле фразы).У нас Дёмик был, совсем безродный. Кормили, ухаживали. Он колунил даже, но на границу не брали.

да, запахи гор, ночь и звезды - этого никогда не забыть!А вот неточности режут ухо, извини уж! действительно - настроение, а не констатация.На службе щемили, да, но мы и на мирном участке железно соблюдали - дать уснуть молодому на фланге нельзя, а раз уснул, то «отбиться» после службы у него не получится, пока всё оружие не перечистит и по полам не проплывет.НЗ присматривался к молодым и он принимал решение, когда молодого и куда ставить (на разных участках может и другие законы), а деды порой ворчали, если расклад не в их пользу. Повторю - у нас мирный участок был, хоть Иран с Ираком и воевал в то время, да и у местных бухтело.

Vladim!Привет автору.19 лет - не шутка!

по СТПВ: спать в наряде можно при соблюдении двух условий.1. длительность службы больше 12 часов,2. треть наряда спит, 2/3 бдит.Поэтому мы, ходившие в наряды не больше двух, вообще ни при каких условиях спать не имели права.Дикобразы - да, в горах не живут. Я на "семёрке" видел одного, но это степь - Мугань, а в горах нет. Кстати, у меня игла была из хвоста дикобраза, мы ей дырочки под знаки прокалывали на кителях - раздвигает и ткань не рвет, уникальный девайс.Горные фланги короче степных - перекрыть же нужно успеть, а машина не везде пройдет, пешим порядком долго! А там, где большие фланги, то уж точно неупреждаемые участки не дозоры перекрывают. Секреты, ЧГ, ММГ если только.

Докопаться можно до каждого слова, дело не хитрое. Но тут дело не в том - служил, не служил... времена разные, люди.Постараюсь быть вредным критиком.1. "Дедушки" не решают, с кем идти в наряд.2. дозор - дневной наряд.3. "предотвращения возможного проникновения" - это про "Машку на гражданке"?4. сибирская лайка - сторожевая? следовая? даже представить себе не могу. Приблудилась? не боевая собачка?5. Собака на дикобраза не пойдет. Если только полаять. Но это уже не та собачка, которую возьмут в ночь.6. "до момента падения в кровать осталось каких-то тысячу метров" - а как на счет чистки оружия и ДП с братанами?

эт точно! компания, беседа и хорошее интересное дело - отлично вытесняют из головы желание кирьнуть.(а вот 2х8 каждый день, мне кажется, лезвие бритвы)

ushastikСистемно!Что мне больше всего понравилось - можно получать не меньшее удовольствие от борьбы с привычкой, чем от самой привычки. В преодолении - сила!Кстати, пивной алкоголизм, вроде как, самый навязчивый.п.с. Моя норма - 2 бутылки светлого, 3-ю считаю нежелательной, но всё равно неприятно, что вечерком хочется пива.Под контролем ситуация.

Собствено, не рассказ, а так, воспоминания...Кострома приезжал.Разговоры за чашечкой пива, как всегда: сначала о семьях, детях, потом новости, встречи, и постепенно разговор перешел к воспоминаниям о службе.Напомнил мне Серега историю, которую я давно позабыл.Прислали к нам как-то по осени курсанта из Москвы на стажировку. С четвертого, что ль, курса был парень. Ну, правильно, перед выпуском нужно пройти через "применение", чтоб к солдатикам ехать без розовых очков.С погодой ему повезло - осень, бархатный сезон в горах. Днем не жарко, ночью не холодно, до чернотропа далеко, дождей нет.Первый вечер на заставе, в боевой расчет парень еще не попал. После ужина, как водится, кто не в первой смене, имеет 10-15 минут на покурить. Сидим в курилке, он с нами. Разговоры вялые, новостей нет, у большинства ночная служба предстоит. И вот прорезается наш московский гость:- Красота-то какая! Посмотрите, какой закат! А воздух... Горы... Неужели не замечаете, в каком прекрасном месте вам пришлось служить?Ну и прочая чушь...Со следующего же дня романтик пошел служить. И, к чести нашего начальника, а может, просто предвзятость к московским выпускникам у него была, ставил курсанта нещадно по всем флангам, тылам и дозорам. Свободен замполит - с ним, свободен старшина - со старшиной, на особо ответственные направления сам заряжался. Да еще плановые учения, тревоги-газы всякие. Вот только по сработкам с нами не бегал, в резерве был постоянно.Короче, неделя стажировки пролетела, как один день! Сидит курсант с нами в курилке на кануне своего микродембеля, отслужить-то одну ночь всего осталось, на следующий день в отряд спускаться. Грустит, вид замученный, жалостный, плечи висят, сапоги матовые. Лицо обгорелое, в глазах пустота.Кто-то из наших, самый злобный, решил подколоть парня:- А гляньте, - говорит - закат-то какой, красиво ночью в горах!Курсант, хоть и не до смеху, юмор оценил:- Да-а-а-а уж... И как вы тут каждый день службу тянете?..А что скажешь? На границе ведь только первые два года трудно, потом привыкаешь!Вот только интересно, куда после училища делся он? Времена-то смутные начинались, может, уволился под шумок, а может офицером хорошим стал?

Щенков топить - НЗ затупил, видать. Фуражу пожалел или лишней развлекухи бойцам (чтоб служба мёдом не казалась).Вообще, "залёт" боевой суки - ЧП на питомнике и вожатому этой собаки грозит от губы и выше. Могло случиться так, что "сокрыли" факт ради сохранения спокойствия на заставе.На конюшне та же фигня.

я думаю, что сейчас не только на грядках можноМогли бы мы себе представить, что на ПН можно взять мобильник и пообщаться с родителями, будучи в наряде? Что можно снять территорию заставы и помещения на VHS на память? фотографировать довольно свободно?Да и за диагноз "тоска по родине"... можно было огрести "доской по рожице" =)Всё очень сильно изменилось, и я не думаю, что это плохо.

да вроде попроще выражались, чтобы описать, где в данный момент:"пошел в наряд/дозор", "в дозоре", "дозорит""на фланге", "топчет фланг""колунит" (часовой)а самое распространенное - просто "на службе", "на границе".нести службу = бдить, чиковать (тянуть)обнаружить что-то = зачиковатьвыдвигаться на участок = местись (уместись по сработке)а длинных выражений всегда избегали, если не считать художественный мат.

Не знаю как сейчас (думаю, что так же), но слушать музыку на службе, равносильно сну. Уши в наряде должны работать (особенно в ночном, где поставляют 90% информации). Поэтому, даже в морозы мы не опускали уши на ушанке, максимум, что себе позволяли, это капюшон при выдвижении. Лучше отморозить уши, чем пробдить обстановку. А особенно трудно было заступать в ночной ЧГ после стрельб - левое ухи 0%слышимости, правое - 50%. Ужас, не то слово. С опытом приспособились, затыкали уши кусками подшивы, если знали, что идти в ночь. А гранатометчиков и вовсе ставили на ХЗР.