Довольно скучная пора...

[САЯН]

Довольно скучная пора...
«Довольно скучная пора, стоял ноябрь у двора...» — эти строки, будто выцветший акварельный набросок на полях пушкинской рукописи, точно схватывают самую суть этого переходного состояния природы. Ноябрь у Пушкина — не буйство красок октября и не царственное величие января. Это — пора ожидания, тишины, подведения итогов, когда сама жизнь замирает в нерешительности.
Стоял ноябрь у двора — не врывался, не властвовал, а именно стоял, как немой страж у ворот зимы. Он — преддверие, предгрозье, только тихое, затянутое серым бархатом туч. Воздух, холодный и влажный, густеет, теряет свою прозрачность. Деревья, оголенные и строгие, чертят на бледном небе причудливый узор, словно строки незаконченного стихотворения. Земля, не укрытая еще ослепительным снегом, кажется усталой и черной. Вся природа погружается в глубокую задумчивость.
Эта «скучность» Ноября — обманчива. Это не скука опустошения, а скука сосредоточенности. В ней есть особенная прелесть и глубокая философия. Лето с его яркими, но мимолетными восторгами прошло. Осень с ее пышными, карнавальными красками отшумела. Ноябрь же обнажает суть. Он срывает пестрый покров, обнажая изящный скелет мира, его строгую архитектуру. В этом есть горькая правда, но и странное умиротворение.
Прогуливаясь по парку, где под ногами шуршит не золото, а бурая, намокшая листва, невольно вспоминаешь пушкинские строфы о Болдиской осени. Ноябрь — это и есть та самая камерата, келья писателя, где нет места внешним соблазнам. Он принуждает к внутренней работе. Пламя в камине, чай в стакане, стук дождя по стеклу — вот его неброские радости. Это время для чтения толстых книг, для неторопливых бесед, для воспоминаний.
«Скучная пора» становится матерью творчества. Когда пейзаж за окном лишен зрелищности, взгляд обращается внутрь себя. Рождаются стихи, мелодии, мысли, которые были заглушены громким летним смехом или восторгом перед багрянцем лесов. Ноябрь учит видеть красоту в оттенках серого, находить уют в тишине, ценить не яркость, а глубину.
И в этом его главное очарование. Он — пауза между актами великой пьесы года. В его унынии —  будущего. Первый снег, который вот-вот пойдет, преобразит все до неузнаваемости, станет настоящим чудом именно на фоне этой «довольно скучной поры». Он очистит, утешит, подарит новую надежду.
Так и стоит Ноябрь у двора нашей жизни — незлобивый, молчаливый страж. Он напоминает нам о бренности всего яркого и пышного, приучает к терпению и дает передышку душе, уставшей от буйства красок и страстей. И, всматриваясь в его печальное лицо, понимаешь, что эта «очей очарованье» —  самое пронзительное. Ибо оно учит нас любить не только праздник, но и его тихое, задумчивое утро.