19 - Псковские десантники бились не четыре часа, а девятнадцать.
Дольше всех сижу у полковника запаса Воробьева — в Чечне у него воевали два сына, сегодня остался один Сережа, майор. А Алексея убили. Воробьев в свое время командовал тем самым 104-м полком, который расстрелял Хаттаб. Я его спрашиваю:
— Владимир Николаевич, а коли вам пришлось бы держать такой бой, вы бы выстояли? Роту бы не положили за четыре часа шквального огня?
Он взрывается:
— Я воевал заместителем командира в Афганистане и точно знаю: такие потери недопустимы. За них под трибунал отправляют. Это сколько мы будем отвыкать от разгильдяйства, беспечности? Впрочем, как вы сказали — бой шел четыре часа? Это вы главкома Шпака наслушались? Или Ястржембский трепанул? Я, полковник, за свои слова отвечаю — бой шел 19 часов, девятнадцать! Нет, я не понимаю, как так нагло можно врать и армии, и народу? И в ответе — никто?
(с)